Демон

Я вспомнила пронзающую насквозь боль, о которой Львар сказал, что она не моя. Боль, которую я едва вытерпела и которая, как оказалось, была смертоносным заклятием.

– Маг оказался более сдержанным, но помогать не пожелал, – добавил Нерих.

Припомнилось, что в ту ночь и советник уезжал из столицы вампирьего царства. Мне пришлось принимать оборотней.

– С оборотнями ты знаешь, как всё сложилось. Зато партия с тобой оказалась весьма выгодной, покрыв неудачу с ирбисами.

– Неужели?

– О да, – довольно кивнул Жар.

– Женившись на тебе, я обеспечил помощь тёмных и светлых эльфов, а, в связи с последними обстоятельствами, и помощь оборотней.

– У оборотней что, девиз: «Мы в ответственности за тех, кого покусали?» С какой стати они станут из-за меня помогать вашему благому делу?

– Не они – ты. Жар поднялся со своего места и ступил на вершину восьмиконечной звезды.

– Октаграмма вызова демонов, – провёл он рукой над полом, – для успешного призыва требует крови восьми: демоны, вампиры, светлые эльфы, тёмные эльфы, гномы, оборотни, ведьмы и маги.

Произнося эти слова, он указывал на концы звезды, определяя место каждого.

– Почему маги отделены от ведьм? – спросила я.

– Это разные начала, – пожал плечами Жар. – К тому же, их земли не всегда были едины. Октаграмма – начало начал. Она обозначала создание мира. Тогда было восемь земель и нейтральная полоса – нейтральная полоса для живых, полоса смерти для мёртвых и забвение для ушедших – три значения одного слова. Нерих сдвинулся с места и остановился рядом с королём.

– Итак, у нас есть кровь демона, вампира, тёмного эльфа и оборотня. Можно считать, что кровь светлого эльфа у нас в кармане…

– Стоп! – повторилась я. – Я, конечно, попала в эту историю и увязла в ней по самые уши. Но вы же не думаете, что я буду втягивать в это кого-то ещё?

– Думаем, – ухмыльнулся Жар. – У тебя просто нет другого выхода. Если ты их не втянешь – мы их втянем. Просто потому, что ты ещё кому-то дорога."

"Я сжала кулаки.

Вся это история мне категорически не нравилась. В моих глазах Жар одновременно выглядел и несчастным принцем, лишённым законного наследия, и коварным стратегом, планирующим захват власти через насилие и наветы.

– Ты сильно преувеличиваешь моё влияние на Дальмину. Даже мой отец не заставит её пойти на это, – нашла выход я.

– А кто говорит о Дальмине? – невинно поинтересовался Жар, вскинув брови.

– У тебя есть другие кандидатуры? – раздельно произнесла я.