Демон внутри меня

Я прекрасно знаю, что они вооружены – все выглядят одинаково, полностью в черном и в очках.

На огромной парковке целая коллекция из дорогих тачек, настолько чистых, что их сверкание слепит мне глаза. У них парковка. Под личным домом…кто эти люди?!

Не представляю, какой бизнес нужно иметь, чтобы обладать всем этим. Насколько же ненасытен этот подонок."

"Мы садимся в «Maybach» и выезжаем, за нами – еще две такие же черные, полностью тонированные тачки. Кай Стоунэм передвигается почти как президент. Хотя неудивительно.

Это явно входило в его планы – стать президентом. Страшно представить, что будет если такому человеку как он, дать слишком большую власть. Хорошо, что он ушел из конгресса после провала на выборах.

Я даже улыбнулась, радуясь, что он провалился из-за меня. Я сделала хоть оно доброе дело в этой жизни – не позволила Стоунэму разрушить мир.

– Во-первых, даже не думай о побеге. Я не дам тебе нормально жить, если сбежишь. Ты моя. А если попробуешь – за тобой не погонюсь. Сначала. Всех твоих родных убью, поняла? – его глаза злобно сверкнули.

Меня бросило в холод, я поняла, что мой очередной план провалился.

– Во-вторых, одень парик и очки. Не хочу, чтобы тебя кто-то увидел со мной. Моя девушка и шлюха – это разные вещи. Со шлюхами не свечусь, – Кай и сам одел очки. Я ощущала себя так, будто иду на какое-то преступление.

Ох, я еще и не догадывалась, насколько я близка к этому.

Боже. Никакими словами на свете не передать, ЧТО я почувствовала, увидев, что на горизонте замаячили знакомые исполинские небоскребы родного города.

Нью-Йорк. Манхэттен. Я вижу слабые очертания Башни Свободы (World Trade Center) , что сейчас построена на месте разрушенных башен близнецов, и готова кричать от радости.

СВОБОДА. Она так близко…все эти люди. Они рядом. Они могут помочь мне.

– Даже не думай, – отрезает Кай, явно наблюдая за мной.

Я перевожу взгляд на него, рассматривая его через линзу своих солнцезащитных очков. В них я чувствую себя защищенной. Мой парик – это кроткое рыжее каре.

Я разглядываю его точеные идеальные черты лица, жадно цепляясь за единственный изъян – родинку, и разный цвет его глаз, чувствуя как в сердце сладким ядом плещется ненависть. Она горячая, жгучая…клянусь, если бы в моей руке был пистолет, я бы выстрелила ему в лоб и не пожалела бы.

Ненавижу.

И себя ненавижу. Он превратил меня в шлюху…обесценил. Страшно представить, что следующее в его эксперименте.

Я перевела взгляд на его руки, покрытые четкими венами.