Кретор постоянно находил время, чтобы подольше остаться наедине, поговорить, узнать о делах, что делаю, что думаю, чего бы мне хотелось, пусть и только на физическом уровне, мог мило беседовать со мной обо всем на свете, делился своими наблюдениями о характере и поступках подданных, никогда не выказывал пренебрежения или неуважения на глазах у придворных. Любые спорные текущие вопросы всегда обсуждались и мирно решались, чаще в мою пользу.
Он остроумный, язвительный, часто вредный, в ряде вопросов очень жесткий, с поддаными держит дистанцию, да и в принципе в общении с большинством окружающих довольно прохладен, очень мало кого допускает в ближний круг.
А уж какой у меня супруг ревнивый. Любой излишне ретивый взгляд в моем направлении со стороны лиц мужского пола в замке, и все, можно легко схлопотать ссылку. Мне тогда было все это безразлично, ни капли не трогало. Да и тех самых ретивых взглядов не замечала, поэтому исчезновение некоторых придворных мужского пола с собой в большинстве случаев не связывала.
И заметила бы чужой мужской интерес, только если кто-то какие-нибудь действия применил или сказал об этом интересе напрямую, но до этого ни у кого так и не дошло до этой стадии.
Усмехнулась. Нет, все же это все лирика. Самое интересное — интим. Ух. Вспоминать так стыдно, но та-ак любопытно. Что творил. Что он творил с моим телом. Его руки. И не только руки. Сколько, оказывается, удовольствия может принести простой, по сути, физический контакт и трение.
Но ведь Кретор делал это так… с таким вниманием, значением, иногда осторожностью, иногда нежностью, а уж с какой требовательностью. Получал от меня полную отдачу.
Да-а, интересно я время проводила, особенно ночное, нескучно. Днем ведь тоже много раз было. Помню, днем заниматься этим мне казалось в том моем состоянии, очень нерационально, ведь у правителей столько дел, но приятно, да. Ха-ха! Если бы я не ворчала, подданные вообще забыли бы, как их правители выглядят.
Вспоминаю в подробностях, чем мы там с Кретором занимались, и понимаю, что хоть и стыдно, но вот прям загорелась.
И это одних только воспоминаний. Мы еще столько и так подолгу этим занимались длинными темными северными ночами."
"Надо искупаться, что ли, пойти. Охладиться. Успокоиться. Как все-таки было удобно с трезвым холодным разумом. Ни тебе смущения, ни переживаний, ни сомнений, ни тревог. Но скучновато и бессмысленно. Все же именно эмоции наполняют жизнь смыслом.
