Из маленькой искры на нашей стороне возник небольшой очаг возгорания, и теперь он стремительно превращался в настоящий пожар. Мы снова помчались прочь. От нашей шерсти поднимался пар – на такой жаре она высыхала очень быстро.
Моя лапа болела всё сильнее, и вскоре я уже не мог не хромать. Мия и Нимка оставались со мной рядом, но я чувствовал, как они нервничают – ведь нам же пришлось замедлить ход.
– Потерпи ещё немного, скоро дойдём, – подбадривала меня Мия.
– Надеюсь, пруд не пересох, – вдруг сказала Нимка.
Я пришёл в ужас:
– Он что – пересыхает?!
– Иногда, когда долго нет дождей, – быстро сказала мама.
Последним рывком мы выбрались на болотистую поляну, и посредине я увидел маленький пруд, заросший по краям камышом. Уф, повезло! Не пересох. Но, к сожалению, спасительный водоём был уже занят. Не только нам пришла в голову идея спрятаться от пожара в воде – глубоко в пруд забрались восемь вапити. Мы недоверчиво смотрели друг на друга, а потом вапити сдвинулись в сторону, предоставив нам место.
Есть их мне в этот момент совершенно не хотелось! Некоторое время мы ещё наблюдали друг за другом, а потом вновь посмотрели на луг, с тяжёлым сердцем увидев, как приближается наш общий враг.
Тина и вода охладили мою лапу.
– Ох, как хорошо! – выдохнул я.
– Воды у тебя сейчас будет предостаточно, – объявила мама. – Если станет совсем горячо, придётся нырять.
– Зашибись, – только и смог я сказать.
Пламя быстро подбиралось всё ближе к нам, треск сгорающей травы уже заглушил все остальные звуки.
Болотистая лужайка была явно не по вкусу огню, но вскоре он добрался до деревьев, растущих вокруг пруда, и жар стал просто невыносимым. Воздух страшно нагрелся и при каждом вдохе обжигал мне горло. У берега стало слишком жарко, и вапити отплыли на середину водоёма, мы последовали за ними. Пахло опалённым мехом – неужели это я горю?!
– Ныряем! – крикнула мама, и тут уж я и не думал брюзжать. Я просто задержал дыхание и заставил себя погрузиться в воду с головой.
Я проделывал этот фокус снова и снова – пока пламя не сожрало всё вокруг и не двинулось дальше.
Мы просидели в том прудике до заката солнца – за это время пожар превратился в далёкий оранжевый отблеск на горизонте. И тогда на дрожащих лапах мы вылезли на берег. И на этот раз мы для разнообразия замёрзли.
– Уф! – вырвалось у Мии.
– На лягушку наступила? – попробовал я пошутить, но никто не рассмеялся.
Мокрая мама в изнеможении растянулась на чёрной земле.
