Деревенщина в Пекине

— Ванг Ксу продолжает мягко улыбаться, что здорово контрастирует с её взглядом. — Я всегда хотела много детей, слава богу, теперь с этим никаких проблем. Были бы деньги."

"— Кажется, обстановка начинает проясняться, — задумчиво тру затылок. — Ты поэтому не собираешься учиться дальше?

— Угу. Ты просто не спрашивал раньше. В перспективе я предпочитаю грамотно выйти замуж, затем взять на себя роль хранительницы очага, нежели пробиваться по пути карьеристки.

Кажется, я сейчас получаю первый урок китайской этнопсихологии межгендерных взаимоотношений.

Ванг Ксу бывает периодически очень далека от эмоциональности, я и раньше это замечал — эдакая квинтэссенция рассудительности в юбке. Но то, что она настолько не по-детски прагматична и настолько по-взрослому считает — это уже в новинку.

Пока я перевариваю услышанное, девушка продолжает ликбез очень близкого и такого же недалекого (с её точки зрения) товарища:

— Я — единственный ребёнок в семье, в отличие от тебя у меня сестёр нет.

Братьев тоже. Мои родители настроены на выгодный брак, мужчин в стране куда больше, чем женщин. Намёки улавливаешь?

Интересно, как ей удаётся дружелюбно улыбаться на фоне такого текста.

— Среди них нередко встречаются очень обеспеченные, которые в университетские годы не успели завести отношения, — продолжает подруга. — Спасибо тебе огромное за твою попытку, но, понимаешь… Для меня брак — шанс вырваться в лучшую жизнь, а для моей семьи моё удачное замужество — возможность поправить финансовое положение всей семьи благодаря успешному щедрому жениху.

Пусть даже он будет здорово постарше, — как кажется, это был ещё один откровенный намёк.

Я, конечно, уже слышал, что некоторым китайцам приходится выплачивать семье будущей жены большие деньги за саму возможность вступить в брак, но по инерции предшественника не ожидал, что и Ванг Ксу планирует стать одной из таких невест.

— … А тот сценарий, который ты описал, Лян, ведёт к чему угодно, только не к моим целям и задачам! — как ни в чём ни бывало припечатывает подруга.

— Если я поддержу тебя сейчас, если мы сорвёмся в никуда вместе, то к моим тридцати годам у нас в лучшем случае будет та самая однокомнатная халупа на двоих. И хорошо ещё, если в Харбине, а не вообще в Хэйхэ. — Добрый, заботливый, снисходительный взгляд симпатичный ровесницы с короткой дистанцией.