– Ну что, может, пойдём обсудим твой моральный ущерб где-нибудь в более подходящем месте?
Женя тихо закашлялся от неожиданности, а я только и смогла, что прижать ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться вслух. Максим, конечно, засиял, как новогодняя гирлянда.
– Конечно! – с готовностью ответил он, торопливо сунув мне в руки папку. – Таня, вот! Это то, что я хотел обсудить, но теперь… ну, знаете, потом как-нибудь.
– Да-да, конечно, – кивнула я, чувствуя, как уголки губ поднимаются от смеха.
Максим и Оля, обменявшись ещё парой фраз, удалились в сторону ворот.
Мы с Женей остались одни во дворе.
– Ну, – выдохнул он, наблюдая за их уходом, – если они вдруг поженятся, мы с тобой обязаны попасть на эту свадьбу.
– Обязательно, – засмеялась я. – Надо же будет увидеть, кто первым сбежит.
Женя усмехнулся и, наконец, расслабился. А я посмотрела на папку в руках, от души размахнулась и швырнула её в груду мусора, которую завтра надо было оттащить в мусорный бак, и подумала, что, может быть, этот вечер не такой уж и плохой.
Глава 42
Таня.
Если я надеялась, что на этом закончатся приключения, то нет…
Пара дней и снова невероятное!
Я только успела вздохнуть с облегчением после утреннего разгрома на кухне (спасибо Жене за блины с приключениями), как раздался громкий стук в дверь.
Не звонок, а именно стук.
Такой, знаете, требовательный, почти командный. Я, конечно, наивно надеялась, что это почтальон, но предчувствие подсказывало: нет, Таня, готовься к худшему.
Открываю дверь, и в пороге – она.
Мама.
Нет, не так.
МАМА.
В плаще, с чемоданом, платком, повязанным на голове, и сумкой, которая выглядит как переносная лавка на рынке.
– Ну что, дочь, встречай! – заявляет она с такой уверенностью, что я даже слова вставить не успеваю, как она уже протискивается мимо меня в дом, оглядывая всё вокруг цепким взглядом. – Тыркалась в старый бабушкин дом, а там пустота… Хоть бы маякнула, что тут живёшь теперь! Хорошо, хоть сосед пальцем ткнул, куда топать!
– Мама? А ты чего… ты как… – я только открыла рот, чтобы хоть как-то сформулировать вопрос, как из гостиной выныривает Женя.
– Здравствуйте, – говорит он, застигнутый врасплох так же, как и я. Только если я растерялась, то он выглядит так, будто у него на глазах произошло небольшое землетрясение.
Мама окидывает его долгим взглядом, словно оценивает, насколько он вообще достоин находиться в этой обстановке. И потом спокойно протягивает руку:
– Мама, – коротко представляется она.
