К своим боевым подразделениям сирийские командиры тут же направили машины со снарядами. Это не осталось не замеченным генералами Сомовым и Агаповым, сидевшими на полевом КП и вместе со старшими офицерами Генштаба наблюдавшими за проведением атаки. Сказать, что российские командиры были несколько удивлены решением сирийцев — это не сказать ничего.
— Для кого составлялась плановая таблица боя? — Сомов, порываясь вымести свою злость на чьей ни будь наглой роже, выстроил перед собой подручных сирийских полковников, которые в ходе атаки выдавали подразделениям руководящие указания, как оказалось — на поражение целей, не относящихся к боевой задаче штурмового отряда.
— Кто? Посмел? Сорвать? Атаку? — орал генерал, обильно разбавляя свои слова крепкими выражениями. — Вы понимаете, что сейчас будет? Немедленно вернуть назад транспортные машины! Оттянуть на исходную все боевые подразделения! Немедленно! Или вы хотите, чтобы их там всех пожгли?"
"В последнее время сирийские командиры стали считать себя великими полководцами, и с нарастающей периодичностью вносили коррективы в утвержденные планы операций, что приводило к потере управляемости, нарушению последовательности действий, рассогласованию взаимодействия между подразделениями и поддерживающими силами, и как следствие — к потерям среди людей и боевой техники.
Трудно понять, и тем более объяснить, чем руководствовались сирийцы, направляя транспортные машины в зону, находящуюся под прицелами не выявленных и соответственно не подавленных огневых средств противника.
Но случилось то, что должно было случиться: как только первый «Урал» с танковыми снарядами подъехал к остановившейся танковой роте, в него тут же прилетела противотанковая ракета. Не успели его ошмётки приземлиться, как запылал танк, еще спустя полминуты — второй. Четвертой целью стал еще один грузовик с боеприпасами. Избиение младенцев началось.
Цунами несколькими залпами поставил дымовую завесу, и сирийцы стали отходить. Отходить беспорядочно, без взаимного прикрытия, кто быстрее.
Сомов и Агапов выглядели печально, и некоторое время разговаривали только матами, наводя порядок в управлении приданными силами.
Сомов своей широкой ладонью крепко обнимал сирийского полковника, тыкая его носом в карту, на которой была нанесена обстановка:
— Объясните мне, уважаемый, с какой целью танковая рота еще до атаки расстреляла боекомплект? Ладно, это вопрос риторический, зайдём с другой стороны.
