— СВД здесь показывает себя прекрасно, особенно если принимать во внимание пылевые бури, а они бывают чуть не каждую ночь. Винтовка, даже если забивается пылью, то продолжает нормально работать, в отличие от штатовских М-39 и М-110, которые просто встают колом после пылевой бури. Но из СВД дальше 800 метров тут никто не стреляет, хотя мне известен случай, когда в Алеппо снайпер из третьей бригады спецназа тремя выстрелами положил пулеметный расчет с дальности 1250 метров.
— У меня срочники на 800 в головной габарит спокойно попадают, — сказал Паша, похвалив толи срочников, толи себя.
— Я не спорю, — сказал Змей. — Только СВД этим и ограничивается, если ты не супер-пупер стрелок. Манлихеры триста-восьмые здесь до 1200 уверенно могут укладывать пули в грудную фигуру, но самое здесь то — это Манлихеры три-три-восемь и крупнокалиберные АСВК. Это винтовки свободно работают на полтора и более километра. Да ты и сам скоро поймешь, что именно эти стволы у тебя будут выполнять основную работу. Поэтому сразу постарайся для «тяжелых» снайперских пар создать самые лучшие условия — именно они будут делать всю «войну».
— Понял, — кивнул Паша. — А что прицелы? Ночники, тепляки? Насколько они эффективны?
— С «тепляками» здесь не всё так просто, как кажется. Пустыня за день нагревается, и её температура выше температуры человека, поэтому до двух часов ночи про тепловизоры даже не вспоминай. Часам к трём, если нет пылевой бури, тепловизоры начинают хоть что-то прояснять, но не факт. Эти твари могут ставить тепловые приманки — и работать против снайпера.
Такие факты уже имели место быть, и были потери. Разведчики говорят, что так действовали британские сасовцы, но может это были и американцы, что для нас без разницы — одинаково «приятно».
— Ответная работа ведется? — спросил Паша.
— Ну, а куда без нее, — усмехнулся Змей. — Когда «тяжелыми» их отрабатывали, когда артелью или аваицией… всякое бывает.
— Мне Седов сказал, что за девочек из 35-й мои коллеги сполна отомстили…
Змей широко улыбнулся:
— Мы там только местный электорат перещёлкали.
Кураторов нам убивать запретили, поэтому мы им только ноги прострелили…
Бача, Бурый и Гасан заржали. Паша и остальные офицеры с уважением и интересом посмотрели на своих собеседников. Спустя несколько рюмок Змей уже заканчивал рассказ о проведенном мероприятии, обильно разбавляя его остротами и колкостями в адрес своих подчиненных:
— Гляжу, «хамви» к нам покатили, ну всё, думаю, трындец.
