Держава Владыки

– Пока вы гадаете над ответом, я позволю себе отдельно отметить, как вы стремительно поднимаетесь по служебной лестнице, – он стал серьёзен. – Притормозите, или это породит массу завистников, чьи успехи не так хороши! – тут Годунов ухмыльнулся и откинулся на высокую спинку. – Меня беспокоит совершенно другое, – хозяин кабинета пристально вгляделся в лица девчат. – Когда прекратится междоусобица глав Великих Кланов и Потёмкиных?

– Я… – Полина осеклась под взглядом Годунова.

– Говорите, раз уж начали, – он степенно кивнул.

– Наше недопонимание устранено, но как быть с господами? Мы не ведаем, – моя ненаглядная ответила за всех.

– Мирите их, честно всё рассказав и… – хозяин придвинулся к нам, облокотившись на столешницу. – Я решу все вопросы с деянием, с клеветой, что вы допустили в отношении господина Феликса. От Вас четверых всё зависит. Страдает Империя, а не вы! – тут он встал и взгляд его преобразился в суровый. – Извините за резкость, – Годунов резко вернул самообладание и улыбнулся.

 – Полина Николаевна, что можно сделать сейчас, чтобы восстановить поставки рунного вооружения в подразделения Вольнонаёмных Магов?

– Простите, Ваше Высочество, – Полина вернула монаршему сыну взгляд гнева. – Пускайте по миру меня, но не трогайте мануфактуры! Иначе всё рухнет из-за голода моих крепостных и свободных работников, специалистов Рунных Оружейников! Заплатите мне втридорога, как я делаю с Трубецкими, спекулирующими на артефактах, добытых в Порубежье Демидовыми, Шуйскими и Голицыными!

– Я понял! – Иван Петрович остановил её, подняв руку и взглянул на меня.

 – У Вас, господин Феликс, есть решение? Есть! Я вижу это в ваших глазах. И каково бы оно не было – я даю добро на него!

– Иными словами – это разрешение на откровенную контрабанду? – невозмутимо уточнил я.

– Нет, Ваше Высочество! – я поднялся. – Давайте говорить честно, если вы сами завели откровенный разговор – вы даёте на это разрешение!

Тут я прекрасно осознал, что варианта завершения этой моей выходки всего два: или неминуемый расстрел через повешенье, или – я в дамках!

Его Высочество, Великий Князь, Годунов Иван Петрович крепко задумался, а я так и остался стоять, затаив дыхание.

Мне кабзда, а может и поживу! Потянулось время ожидания под пристальным взглядом умного парня.

Вынужденная пауза прервалась неожиданно, хоть я и готовился именно к такому развитию событий едва начавшейся аудиенции.