Держи меня крепче

Он салютует нам бокалом и отходит беседовать с другим гостем. Позже ведущий предлагает присесть всем за столики, отец Максима провозглашает тост, упомянув, что скоро в бизнес вольётся свежая кровь, глядя при этом на сына. По лицу Максима в этот момент ничего не прочесть — маска. Да уж, а я удивлялась, откуда такой артистизм. Вот оно, из семьи, когда чувства нужно запереть на замок.

После первого тоста к нам присоединяется Роман Должанов со спутницей.

— Это Ева, — представляет мне высокую рыжеволосую девушку.

И вот в её глазах я как не нахожу той искренности, которую видела во взгляде сестры Максима. Ева выглядит надменной стервой, не иначе. Первой её фразой, вместо приветствия, было: «Я думала, ты придёшь с Амелией». Но после жёсткого взгляда Романа, она осекается.

Уже через час общения с таким высшим обществом я начинаю понимать Ларинцева, почему его сюда так не тянет. Но если я могу уйти в любой момент, то для него — это привычная жизнь. Возможно, раздражающая, возможно, неинтересная, однако неизбежная.

Рано или поздно он перестанет сопротивляться и пойдёт по предрешённому отцом пути. И какая-нибудь Амелия окажется рядом, будет так же мило улыбаться и вести светские беседы, пока Максим Викторович будет осуждать с партнёрами условия выгодных контрактов.

— Кстати, Макс, а ты знал, что Вера в городе? — Ева аккуратно ставит бокал на стол и поднимает глаза на Ларинцева, как бы невзначай скользнув взглядом по мне.

И если до этого Максим пропускал её фразочки мимо ушей, больше общаясь со мной и Романом, то сейчас его лицо каменеет.

Эмоций просто нет, но я понимаю, что внутри у него что-то происходит. Что-то очень мощное. Наверное, не мне одной сегодня суждено столкнуться с призраками прошлого. Вот только что это значит для него?

— Ева, мне кажется, ты как-то много пьёшь, — Должанов бесцеремонно выдёргивает бокал из её рук, стоит только девушке вновь прикоснуться к стеклу.

Ева морщится на такую неучтивость, но молчит, а потом у неё звонит телефон, и она выходит из-за стола, извинившись.

Парни продолжают беседовать о чём-то незначительном, но я чувствую некую оболочку, которой закрылся Максим. Замечаю в его руках крепкий алкоголь, хотя до этого он пил только шампанское. Кто же такая эта Вера? Могу поклясться, что она причинила ему когда-то боль. Может, он стал таким, каким врезался вчера мне в память с того видео в сторис в Инстаграм, по её вине? Кто знает.

Из моих мыслей меня вытаскивает взрыв хохота за столом.