Откинувшись на спинку дивана, усаживаю девушку на себя. Она приподнимает бёдра, дразнит. Обнимает за шею и шепчет на ухо:
— Ты её хочешь?
— Кого? — прекрасно понимаю, о ком она говорит.
— Свою Нину, — Лия опускается на меня, позволив погрузиться в её влажность.
— Она не моя, — не толкаюсь, позволяя Лии самой контролировать процесс. — Мы просто вместе танцуем.
— Разве тебе это когда-то мешало? Это просто пока она не твоя."
"— Ты правда хочешь поговорить об этом? — терпение начинает истончаться, я крепко обнимаю девушку за талию и подаюсь вперёд.
Кайф.
— Почему нет, если тебя это возбуждает? Меня она тоже возбуждает.
Ну всё. Лия сумела, нашла точки, как меня можно вскипятить, и нажала на них. Хитрая лисица.
Резко опрокидываю её на спину на диван и беру процесс под контроль. Лии всё нравится, а вот я былого кайфа не получаю. Ни после второго раза, ни после её ласк. Все ощущения как через толстую блёклую плёнку, смазаны и не обострены. Безвкусно. Недрайвово.
В итоге около трёх я провожаю Лию на такси.
Спать тоже не хочется — внутри сидит гадкое чувство, что я сделал что-то не так. Какого хрена я вообще всё это ощущаю? Что за дела?
Взгляд уже в который раз цепляется за ручку на двери спальни. Интересно, Пёрышко надела наушники по моему совету или слышала нас с Лией? Переоделась в мою футболку, на которой теперь останется сладкий аромат малины? Только вопреки привычному, от этих шальных мыслей становится как-то невесело. Надеюсь, она крепко спала в объятиях какой-нибудь классической музыки.
Чтобы не пялиться в темноте на закрытую дверь, я иду на кухню и достаю из бара начатую недавно с Должановым бутылку рома. В Ватсапе висит ответ от Лекса на нашу с Ромычем фотку с бухлом в руках — фотка его кулака с оттопыренным средним пальцем. Чертяка, блин. Задолбал со своей службой, ещё один контракт подписал на три года. Хоть бы в отпуск пришёл на недельку, мы бы тут его отговорили. Но Лекс — это Лекс, он всё решает только сам. Но даже этот стальной мужик пал жертвой голубых хрустальных глаз, от которых бежит далеко и под пули, и остановиться не может.
**
Наливаю ещё в стакан. Свет включать не хочу — слабо поблёскивающего ночного фонарика на приборной панели вытяжного шкафа достаточно, чтобы мимо рта не пронести бухло. Слегка вздрагиваю от жёсткого гитарного рифа в наушниках в исполнении группы Влада Миксаева. Мне, блядь, сегодня не понравилось, как он пялился на Малину. Пришлось открыто предупредить. Влад, конечно, тот ещё придурок, но чужое не трогает.
