— Спасибо, тогда подам заявление не через ЗАГС, а через суд, — подула Лера в кружку. — Детей у нас нет. Я ни на что не претендую. Даже без согласия мужа нас разведут через месяц или, максимум, через три, на усмотрение суда.
— Вам проще, — он вздохнул. — У нас был маленький ребёнок. И хоть я оставил им свою квартиру, Светка всё делила какое-то жалкое имущество. Время тянула. Даже справку о несуществующей беременности сделала.
— Зачем?
— Чтобы я не смог развестись. Будь она беременна, я бы и не смог, пока ребёнку не исполнится год.
По закону.
Лера ужаснулась, но виду не подала. Подумалось о том, что Насте фальшивая справка и не понадобится, но и добровольное согласие на развод она вряд ли даст. А значит… пройдут годы.
— Вить, а почему вы разошлись? — Лера сделала осторожный глоток и поморщилась. Напиток всё равно был для неё слишком горячим. И слишком крепким. — Только не говори, что не сошлись характерами.
— Ну почему же, — улыбнулся брат. В костюме, белой рубашке, в лакированных туфлях, которые он не снял, Витя выглядел у себя дома как в офисе.
— Именно это я и написал в заявлении.
— А на самом деле?
— Она загуляла, Лер, — он тяжело вздохнул. — Оставляла мне Дианку, а сама к нему. Совсем слетела с катушек.
Наверно, у Леры было слишком говорящее выражение лица, потому что Витя засмеялся.
— Знаешь, хорошо, что ты ничего не сказала Артёму про своего москвича. Хоть его прибить мало за то, что руки распустил и без этого, но измена это — другое. Их не прощают. Они оставляют на сердце шрамы, которые болят всю жизнь.
— И ты не простил? — робко спросила Лера. Она прекрасно осознавала степень своей вины, но что сделано, то сделано.
— Знаешь, вот именно сейчас, глядя на тебя, я как никогда близок к этому. Не спрашивай меня почему, — он отхлебнул свой кофе. — Я словно увидел ситуацию с другой стороны. С её стороны. И меня отпустило. А ведь за столько лет ни её оправдания, ни слёзы, ни уговоры, ни заверения в любви — ничто меня не тронуло. Хотя я любил её. Всегда любил.
— Мне просто кажется, Артём тоже мне изменяет, — вздохнула Лера.
Нет, она не искала оправданий. Просто мысли вслух, которыми ей не с кем было поделиться до этого.
— И я даже предполагаю, с кем мог бы он это сделать, — усмехнулся Витя. — Только, как говорит моя десятилетняя дочь: «Но это не точно!» И боюсь, тебе это не понравится.
— Почему? — не знала Лера как расценить загадочное выражение его лица.
— Потому что она спит со мной.
— Нет, — недоверчиво покачала Лера головой.
