Держи врага ближе

- Это все, что ты хотела?

Мать поджимает губы и моргает, тему отношений с Эйджем дальше она не поднимает. Есть вещи поважнее, судя по всему.

- Нет. Как бы твой отец не противился, все же, ты его кровь. В твоих интересах, чтобы он не привел в дом другую женщину и не заделал ей сына. Когда он умрет, именно ты станешь главой рода и наследницей. Нам с Далией придется рассчитывать на тебя, Вивиан.

У меня вырывается смешок. Она на полном серьезе. Сначала сыплет проклятиями, потом бесстыдно заявляет, что сядет мне на шею.

Как вообще эти двое – мой папаша и настолько бестолковая женщина – поддались порывам страсти, которая послужила причиной для моего появления на этот свет?!

- Разве у тебя нет мужа?

По лицу матери пробегается тревога, которая быстро подавляется ее жеманной улыбкой.

- Ах, мой дорогой, увы, нынче времена изменились, земля и эти ленивые крестьяне уже не приносят столько дохода, как в былые годы…

«Конечно, или Людовик Ньюберри не держит тебя в курсе того, сколько спускает на ставках на Арене» - закатываю глаза и вылезаю из кареты, хлопнув как следует на прощанье дверцей.

Снаружи поджидает неожиданная картина.

Далия не ушла. Но она не одна.

- Что ты здесь забыл? – вырывается у меня, стоит только столкнуться взглядами с Эштоном.

Насколько я помню, после занятий и нашего несостоявшегося поединка он должен был уйти домой, а мы с ребятами пошли в столовую на ужин. Во мне поднимается тревога.

Приют! О нет, я ведь учла все и пожара в этот раз не должно было состояться! Как же так…А дети? И добрая пожилая пара…Это снова произошло? Почему?!

Кровь отливает от лица, я покрываюсь мурашками.

- Виви! – Далия трясет меня за руку.

Несколько раз моргаю и возвращаюсь в настоящее. Заботливые карие глаза моей суетливой обеспокоенной малышки впиваются похлеще клыков хищников в добычу. Грозится учинить допрос с пристрастием, не иначе. Но, разве я так плохо выгляжу, что ей без слов понятно мое состояние?

- Далия! – из окна кареты высовывается голова матери.

Сестренка вздрагивает и без лишних слов исчезает внутри экипажа, словно послушный выдрессированный зверек.

Кучер трогает, крипят рессоры, транспорт уносит прочь мою родню.

Эйдж и я остаемся на тротуаре малолюдного проулка.

- Почему ты здесь? Что-то случилось? – тут же требую ответа.

В голосе не удается скрыть тревоги, с отчаянием впиваюсь в него взглядом, ища малейшие признаки беды на его лице.