Держи врага ближе

Все мои секреты один за другим перестают таковыми являться.

Две пары глаз – серые, смотрящие с укором, и карие, в которых одно лишь искреннее любопытство и недоумение - впиваются в меня клещами.

- Если только, - продолжает священник, - вы не разбили смертельный объем яда на порции, принимая его в малых дозах.

Каюсь, святейшество, грешна.

- Вивиан, даррг задери, зачем?!

На Эштоне лица нет. Глаза налились кровью, если ранее он был зол, потом довольно мил, теперь же пребывает в самом настоящем бешенстве. И это тот самый Эйдж, которого я звала за глаза камнем? Вот дела.

Лекарь улыбается. Вот кто здесь самый странный.

- Хотели выработать устойчивость к ядам?

Сжимаю зубы и молча киваю. Догадливый какой. Каждое слово сейчас может быть использовано против меня же.

Эш принимается наворачивать по небольшому лазарету круги и зарывается пальцами в все еще влажные волосы.

- Ч-что? – пищу переспрашивая.

- Как долго ты занимаешься подобной глупостью? И почему, удосужься объяснить!

Светловолосый храмовник понимающе ухмыляется и передает мне в руки кусочек смоченной в какой-то целебной мази ткани. Видимо, чтобы приложить к губе.

Вот так поворот событий. Не думала, что неудачно мазнувший по губе клык главного героя приведет меня к разворачивающейся в данный момент сцене. Плюс только один, о прошлой беседе под дождем и лобызаниях мы пока забыли.

Яд. Да, так и есть. В малых дозах я принимаю его уже почти два года.

И довольно глупа, если так посудить.

Я…не хочу умереть от отравления. Точнее, от отравления во время ожидания смертной казни в темнице.

С той ночи кошмары не прекратились. Они стали моими еженощными спутниками. Каждый раз, проваливаясь в сон, я видела того Эштона, пришедшего навестить меня в темной холодной камере под дворцом.

Он был с мечом из сокровищницы покоренной им страны, смотрел так холодно и презрительно, и вопреки тому, что лицо его было тем же, что и у того парня, с которым я провела бок о бок столько дней, казался незнакомцем.

Иногда сон повторял события прошлого. Но чаще, он менялся. В одной версии Эш заливал мне в глотку яд и смотрел, как я задыхаюсь, корчась на полу, расцарапывая ногтями горло. В другой раз, он пронзал меня клинком. Бывало, что сносил голову с плеч. Иногда события смешивались: отравление, потом уже клинок.