Держитесь, маги, я иду! (СИ)

Ей плохо, – глухо ответил лорд-маг.

– Сам привез? Интересно! – противно хихикнула фигура. – Жену давай, а сам за порогом стой!

Жрица с неожиданной недюжинной силой вырвала из рук Северина Наили. Двери храма захлопнулись.

'Зачем он привез меня в храм? – с трудом думала Анастасия, отгоняя от сознания наркотический дурман. – Что-то мне говорили раньше про храм Донаты. Вспомнить бы еще, что именно! Куда меня тащат эти женщины в черном? К алтарю? Надеюсь, в жертву меня не принесут? Кинули у каменюки этой огромной и оставили.

Чего ждем, товарищи?'

'Здравствуй, дочь моя! Приложи руки к камню' – прозвучал женский голос в многострадальной Настиной голове.

'О-о-о, какие тут боги доступные и общительные! Без поста, без молитвы, без покаяния – и вдруг глас слышу! Не по правилам это! В чем подвох?' – насторожилась Настя, держась за гудящую голову.

'Надо же, какая недоверчивая, – проговорил тот же голос. – Эй, приложите ее руки к алтарю!'

К девушке тут же подскочило несколько черных безликих фигур, и ее ладони положили на камень.

Ладони закололо, от них пошло тепло, распространяясь по всему телу. Вслед за теплом тело омыло прохладой, и Настина головка вдруг стала свежей и ясной. Почувствовав себя бодрой и полной сил, как в рекламе кофе, Настя поднялась на ноги. В ней буквально бурлила энергия, а образ губ мужа – в мареве из красных сердечек – растворился без следа.

– Ко мне действительно вернулась ясность сознания? – вслух, удивленно спросила Настя. – Ушла наркотическая зависимость от мужа?!

'Да. К мужу ты больше не привязана.

Оставайся со мной, в храме тебе всегда будут рады. Все твои сестры здесь счастливы! Здоровы, полны сил!'

– Спасибо большое! Вы очень мне помогли, но мне домой надо!

'Как знаешь! До встречи!'

В последних словах девушке послышалась коварная усмешка. Покрепче закутавшись в плащ, она попятилась от алтаря. В храме вдруг стало еще темнее, чем раньше. Неподвижные фигуры жриц, смотрящие на нее горящими глазами, заставляли Настю нервно вздрагивать от каждого шороха и ускорять шаг по направлению к выходу.

Каблучки ее сапожек гулко стучали по плитам пола. Анастасию вдруг охватило жуткое ощущение, что она – единственный живой человек в этом храме, уж больно закаменело застыли жрицы, уж больно странно сияли их глаза. В самой тишине храма Насте чудилось что-то невероятно злодейское, даже дьявольское. Казалось, по углам скользят мрачные тени, и вся атмосфера собора буквально давила на девушку, вызывая в ней ощущение страха и безнадежности.