Дерзкая попаданка для императора (СИ)

Мол время обеда прошло, пусть ждёт до вечера. Невелика птица.

Я так много не ем. А Санна за разговором выставляет на стол хлеб, жареное мясо, овощи, сметану, творог, фрукты, булочки, что-то такое в кувшине, и неведомый мне суп в красивой тарелке.

Я её слушаю, а сама думаю, чем же накормить котёнка. Жареное мясо не подойдёт. Наверно дам немного сметаны.

— А я, как цыкну на них и говорю, что моя барышня живёт в особой комнате и за ней нужен особый уход. Особый приказ импер, ой, — Санна осеклась, — господина Гио.

Глава 9. Бойся данайцев дары приносящих

Я в упор смотрю на Санну, она продолжает делиться новостями, будто бы не она оговорилась. Я даже могла бы предположить, что мне послышалось, но у Санны так ярко пылают уши, что сомневаться в том, что она случайно раскрыла тайну Гио, не приходится.

— После обеда принесут одежду, чтобы вы выбрали себе гардероб. Нужно быть самой красивой на отборе, — быстро говорит она, переставляя с места на место блюда на столе и поглядывая на меня исподтишка.

— А когда он начнётся? — как ни в чём не бывало спрашиваю я.

— Это никому не ведомо, — Санна немного расслабляется. — Наверно, когда император вернётся.

— А императора зовут Гио, не так ли? — быстро говорю я.

— Да, Гиоргий I, это все знают, — она удивлённо смотрит на меня. — А, что вас так удивляет, барышня?

А я хотела подловить её этим вопросом.

— Тогда почему ты сказала, что эта комната особая и поселить меня сюда велел император Гио? — даю понять, что прекрасно слышала её оговорку.

— Я не говорила император, я хотела сказать императорский распорядитель, — говорит Санна краснея. — Только вы барышня, не выдавайте меня, господину Гио. Он терпеть не может болтливых слуг.

— Так, кто же этот Гио? — она накладывает мне на тарелку мясо, украшает его овощами, старательно делая вид, что поглощена процессом не слышит меня.

— О чём барышня? — она хлопает глазами, будто не понимает, о чём я её спрашиваю. Но не на ту напала, я вытрясу из неё все сведения о моём загадочном Гио.

— Так, присаживайся. Слушай меня и ни на что больше не отвлекайся, — Санна присаживается на стул, складывает руки на коленях под белоснежным передником. Сидит с таким страдающим видом, как на Голгофу идёт, ни больше, ни меньше.