Стиснув зубы, я решительно сделала шаг вперед, призвав свою магию и попытавшись на время отрешиться от всего мирского. Если я не буду думать об этом, не буду смотреть, то есть вероятность, что лечение в конечном итоге состоится. Причем без нескончаемых позывов моего впечатлительного организма.
Спустя минут десять лечения, буквально выжимая из себя все силы, на которые я только была способна, рана мужчины все еще не была излечена. Не знаю, с чем это связано, но лечение давалось мне не просто с трудом, а титаническими усилиями.
Мне реально приходилось выворачиваться наизнанку, чтобы помочь и это не могло не удручать.
— Что не так? Почему он еще не здоров? — холодно поинтересовался у меня вождь.
— Не знаю, моя магия… — стирая пот со лба, я непонимающе покачала головой.
Казалось, что у моей магии есть собственное «Я» и она сама решает, кому помогать, а кому нет. Понять бы еще, что не так с этим орком? Своему орку я же помогла без проблем. Или это произошло, потому что я соединила свою магию с магией мужчин? Нужно позвать сюда Реймана, Антиэля и Дэвида, чтобы у меня получилось?
Вздохнув, я нахмурилась, впервые реально задумавшись о том, как так получилось, что мы смогли создать круг истины.
Ведь, как бы там ни было, но главным источником круга все же является магия. А у Варха магии не может быть по определению!
— Постарайся еще, — громогласно… приказал вождь, заставляя меня вздрогнуть.
Что не так с этим мужчиной? Разве он не был более терпим ко мне? Или он расстроился из-за того, что я не могу помочь? Так я же стараюсь!
— Хорошо, — выдохнула я, покорно кивнув.
Призвав магию и кое-как, превозмогая свои силы, я смогла помочь орку с распоротым животом. Чувствовала я себя при этом выжатой досуха, словно все силы разом покинули меня. И ведь этот мужчина не единственный, кто пострадал так сильно! Что делать дальше?
— У тебя получилось, — удовлетворенно кивнул вождь, слегка улыбнувшись. — Можешь продолжать.
Прогудев в ответ что-то неразборчивое, я, едва передвигая ногами, подошла к другому мужчине.
У него была обширная рана на бедре. Я даже могла видеть куски мяса, что делало мое состояние еще более неудовлетворительным. Ну, зато теперь я в полной мере поняла высказывание мамы — «кисейная барышня». Именно ею я себя и чувствовала.
Снова призвав магию, чувствуя, как голова буквально раскалывается на две части, я прикрыла на секунду глаза. Впервые в жизни мне было настолько плохо кого-то лечить.
