– Да и потом, – добавила я с кривой ухмылкой, – мне особенно некогда было строить свою любовь: строила карьеру. Хотя и она, – я снова усмехнулась, – не особенно удалась.
– Да-а-а, – протянул Серпал, – наверное, исключительный был человек.
– Не то слово, – тихо произнесла я, склонив голову над тарелкой, – таких больше нет…
Зря Петров завел этот разговор. Ох, зря! За стремительными событиями сегодняшнего вечера мне как-то даже удалось забыть о своей миссии. Когда хотел, начальник умел быть милым и приятным собеседником.
Несомненно, человек он умный, интересный и, если бы не одно «но», вполне мог бы меня заинтересовать. Вот только между нами, словно тень отца Гамлета, всегда будут стоять Андрюша и четырнадцать лет моей жизни, брошенных коту под хвост по вине Петрова.
Поэтому дальнейший разговор у нас не сложился, хотя Серпал и предпринимал попытки возродить доверительный тон беседы. Но я отделывалась односложными ответами и междометиями, всем своим видом демонстрируя острое нежелание откровенничать.
Так и не добившись от меня желаемого, шеф в итоге сдался.
Поэтому, когда я сразу после кофе попросила его вызвать такси, даже не стал сопротивляться, хоть и было заметно, что он не прочь продолжить вечер.
Правда, он настоял на том, чтобы самому отвезти меня домой. Ну как самому… Отвез нас его водитель, конечно.
Пришлось плестись действительно домой. Все это время, по возвращении в город, я ни разу не ночевала в своей квартире, под разными предлогами оставаясь у Ольги с Володькой. Ребята все понимали и даже выделили мне комнату своей дочери, отселив ее саму в гостиную.
Хотя, видит бог, я и сопротивлялась этому.
Но сегодня – дело иное. Петров даже не спросил, куда меня отвезти, просто назвал шоферу адрес, указанный в моем личном деле. Видимо, в какой-то момент позвонил Мироновой, чтобы его узнать. Ну не готовился же он, в самом деле, к сегодняшнему вечеру?
Родной дом встретил меня темными глазницами окон. Только в одной квартире одиноко горел свет на кухне: то ли хозяева забыли его погасить, то ли их мучила бессонница – поздний час не располагал к бодрствованию.
– Так… – пробормотал Петров, брезгливым взглядом окидывая дворовую коробку. – Значит, вот здесь живет бывшая преподавательница столичного вуза? Немного ж, видимо, у нас в стране платят научным работникам.
– Да, немного! – гордо вскинув голову, произнесла я. – А вы думали иначе?
– Ну, – протянул Петров, – знавал я одного директора школы. Так в его особняк экскурсии водить можно.
