– Вот, послушай, что тебе сын говорит, – произнесла я.
– Ты ж моя радость, – засюсюкала мать, поворачиваясь к ребенку и, соответственно, отворачиваясь от дороги, на что машина тут же среагировала, пойдя юзом.
– Елки зеленые! Оля! – завопила я, выхватывая руль и возвращая автомобилю нормальную траекторию движения. – Ты угробить, что ли, нас всех вознамерилась?
– Не ссы, Капустин! – Губы подружки расплылись в ослепительной улыбке.
– Не при ребенке же, – смущенно пробормотала я.
– А что? – удивилась Оля, – пусть привыкает.
Чай, ему не в высшем свете жить. И не такое услышит.
– Слушай! – Меня осенила гениальная мысль. – А ты ничего не принимаешь?
– В смысле? – не поняла подруга.
– Ну, я не знаю. Таблетки там какие или травки? Ты какая-то перевозбужденная в последнее время.
– Ничего такого, – буркнула Олька. – Нормальная я. Это ты просто скучная до жути.
– Ну да, ну да…
– Приехали, – радостно оповестила подруга, нажав на педаль тормоза так резко, что мы со Степкой чуть не вылетели через лобовое стекло.
От встречи с асфальтом нас уберегли только ремни безопасности – хвала их изобретателю!
– Ты что? – В моем голосе явственно слышался ужас. – Прямо к подъезду меня подкатила?
– Ага, с комфортом! Оцени сервис! – радостно закивала головой Ольга.
– С дуба рухнула? – вжав голову в плечи, вопросила я. – А если за домом Голубева следят? Забыла, что им сам Стершин интересуется? Быстро отсюда, пока нас не засекли.
– Предупреждать надо, – недовольно проговорила Оля, трогая автомобиль с места.
– Думать надо, – парировала я, для пущей убедительности постучав пальцем по лбу."
"– Бе-бе-бе, – высунула язык подруга. Определенно нужно поговорить с Володькой. Пусть уговорит супругу показаться врачу.
Ничего не подозревающая о моих коварных планах подруга лихо припарковала машину за домом. Выдохнув, я покинула салон, велев ей ожидать меня здесь, не трогаясь с места. Ольга, правда, тут же ослушалась приказания, выпорхнув из машины, но я сумела затолкать ее обратно, убедив, что будет лучше, если она останется «на шухере».
– Сама подумай, – я тщательно выговаривала слова, не будучи до конца уверенной в том, что их смысл доходит до подруги, – если в квартире Голубева нас ждет засада, мы вряд ли сможем ретироваться все вместе. У меня одной шансов спастись бегством заметно больше. И будет куда лучше, если к тому моменту, как я окажусь в машине, она будет готова тут же тронуться с места.
Против таких аргументов даже Ольге возразить было нечего.
