Онлайн-библиотека книг
Вряд ли он что-нибудь понял, но он был достаточно чутким, чтобы оставить друзей в покое.
— Пойдем отсюда, Олежка, — Юра тронул Олега за локоть. Я ожидала взрывной реакции, но Олег спокойно возразил:
— Разве ты не понимаешь, что произошло?..
— У многих сотен миллионов мужчин и женщин серые глаза.
— Это пустая отговорка, старик, — Олег повернулся к Юре и взглянул ему в лицо. — Мне ли не знать ЭТИ глаза… И не говори, что я свихнулся. Я сейчас, как никогда, в своем уме.
— И все же, ты МОГ ошибиться. Я ХОЧУ, чтобы ты ошибался.
— Оборотни Извекова ходят стаей. А этот был здесь один и прятался, подслушивая нас…
— Олежка, дружище, пожалуйста… Зачем ты?..
— А затем, — Олег стиснул плечи друга и, встряхнув его, четко и спокойно произнес: — Ей было плохо, и она пришла к нам с тобой. А мы отловили ее и пытали своими руками. И убили. Понимаешь, что мы с тобой сделали?
Юра закрыл глаза. Было видно, как дрожат его челюсти, стиснутые в судорожном напряжении.
Единственное, чего мне хотелось в эту минуту: объяснить все ребятам, чтобы не мучались они бессмысленным сознанием вины.
Самойлов и Хромчук, молча копавшие в двух шагах от ребят, остановили работу и переглянулись, глядя на странную сцену. Затем один из них что-то шепнул другому и, воткнув в землю лопату, поспешно пошел к машине.
«Извеков!»
«Да? Тебе опять нужен подонок Извеков.» — горько отметил Валерий.
«Как мне теперь быть? Я не хочу больше этого видеть.
«Ты капризничаешь. Хочу, не хочу, могу, не могу. Я не бог. Я не могу воскресить Екатерину Орешину. Никто не просил тебя приходить сюда. Ты сама заставила их страдать, теперь некого винить в этом.»
«Валерий! Не может быть, чтобы все так осталось!»
«Прости меня. Я очень зол. Но я не хочу больше удерживать тебя. Ты еще можешь быть счастливой. Ты даже не представляешь, куда ты сейчас попадешь… Это красивый спокойный мир, почти точная копия нашего мира.
Неожиданно прорвавшийся у Валерия поток красноречия вызвал во мне отчаянный протест. О каком красивом мире и покое можно говорить, когда все так тяжело и отвратительно…
«О чем ты, Извеков? Предел моих мечтаний — суметь когда-нибудь заплакать.»
«Бедная девочка… Это так просто. Прости, что не сделал этого раньше…»
Переполнявшая меня лавина горя неожиданно ослабла.
