Дерзкая

— Хорошо…

Я еще раз обернулась на Олега. Гримаса недоумения на его лице сменилась ужасом, который все-таки прорвался сквозь тщательно удерживаемую им невозмутимую маску.

По знаку Извекова, вся собачья свора подтянулась к нам и окружила нас с Валерием плотным кольцом.

— Идем, — повелительно произнес Извеков и шагнул вперед. Я пошла за ним.

Сейчас Валерий уведет меня, а Олег останется один на один с кошмарными тварями. И его убьют. Убьют из-за того, что неделю назад я нарушила запрет Юры и самовольно влезла в это дело.

И все это будет уже не так безобидно, как удар бутылкой лимонада по голове. Я, кстати, даже не извинилась перед Олегом за свое хулиганство. А теперь извиняться будет не перед кем.

Мы прошли метров пятнадцать, и тут окружавшие нас собаки одна за другой стали поворачиваться и возвращаться. Я остановилась и обернулась. Собаки возвращались к Олегу, снова сбиваясь в кучу вокруг него.

— Мы уходим, — властно напомнил мне Валерий.

В темноте мне не было четко видно, что там происходит, было также не разглядеть лица Олега.

Этот улыбающийся садист Извеков даже не дал мне объяснить Олегу, почему я должна уйти.

— Чем быстрее мы уйдем отсюда, тем лучше для тебя и твоего брата, — напомнил Извеков.

И тут где-то в подсознании проснулось неопределенное поначалу чувство. И только через несколько секунд я поняла, что это. Это было негодование и стыд. Жгучий стыд за саму себя. Почему же я поверила этому сумасшедшему пройдохе? Даже если я стану покорной, разве он оставит в покое Юрку? Почему его пустое обещание успокоило меня? Неужели я все-таки глупа и беспечна?!

— Мне нравится Катя Орешина больше, чем другие телесные воплощения ее сознания.

Я куда охотнее общался бы с живой Екатериной, чем с ее зомби, или с теми жалкими созданиями-аналогами, которые еще живы в иных реальностях… — произнес за моей спиной Валерий, и я поняла, что он угрожает мне.

Не глядя больше в сторону Извекова, я быстро побежала назад, туда, где остался мой друг.

Достав на бегу оружие, я с ходу врезалась в кучу тяжелых, холодных тварей и выпустила несколько пуль в ведерные головы оборотней. Конечно, конечно же, убить их таким образом было невозможно! Но удар пули отшвыривал их так же, как отбрасывает человека.

Олег со своей стороны, наконец, осознал, что произошло. Он и не открывал стрельбу, видимо, только потому что не знал, где я, что со мной сделают, если он начнет стрелять.