Дерзкие игры судьбы

Перед глазами встали картины, которые были написаны этой рукой. Аккуратные мазки на холсте, начатый портрет.

Откинула саван, пропитанный кровью. Красивое лицо превратилось в восковую маску. Безжизненные глаза заволокла пелена смерти. Я тут же отпрянула, задыхаясь от смрада, запах от тела стоял жуткий. Как я сразу не заметила этой вони? Как будто тела пролежали на солнце несколько дней, а не несколько часов. Странно, но, кажется, кроме меня, этого никто чувствует.

— Не стоит долго тут задерживаться. — Гастон нарушил этикет и тронул меня за плечо, призывая обратить на него внимание.

Я кивнула, с трудом отрывая взгляд от лорда Веденталя, вернее того, что от него осталось. Поверить не могу, что этого человека больше нет.

— Вы направлялись к отцу, так продолжим путь.

— Боюсь, сейчас стоит повременить с визитами!

Я обернулась и увидела Лукаса, стоявшего за моей спиной.

— Кажется, я дал четкие указания насчет леди де Мольмор. — Его голос звучал устало и раздраженно. — Никуда не выходить за пределы покоев без моего ведома.

— Лукас, не делай меня пленницей. — Я нахмурилась, в душе понимая, что принц думает только о моей безопасности. Но все равно, пусть сменит свой командный тон.

— Лиа, представь, каково мне было увидеть твою пустую спальню. — Принц глянул на меня с такой укоризной, что я немного смутилась. — Уйдем отсюда, тут не место для бесед.

Я тяжело вздохнула и позволила себя увести обратно во дворец.

— Я искал тебя, чтобы проводить в кабинет отца, — сообщил Лукас и, поймав мой настороженный взгляд, поспешил добавить: — Это связано с моей теткой, не переживай.

— До сих пор не могу поверить, что ты решился на такой шаг, это же полное безумие. — Я сдерживала порыв, чтобы не прижаться к его груди. Смущать и без того сконфуженного стражника совсем не хотелось. — Ты поставил Эктерию под угрозу войны. Боюсь представить, что сделает отец Севелины после того, как узнает о разрыве договора. Но это полбеды, самое главное, ты унизил принцессу на глазах у всего двора, а это очень болезненный удар по самолюбию любой девушки, тем более — принцессы.

Мысль об этом неприятно скребла душу. Теперь бедняжка еще и потеряла кузена, по всей видимости, они были очень близки. О том, что будет дальше, даже думать не хотелось. Перспективы очень пугали.

— Послушай. — Лукас взял меня за подбородок и нежно приподнял лицо, заставляя наши взгляды встретиться. — Доверься мне. Все, что я сделал, было во благо. А Севелине не помешает немного сбить спесь.