Дерзкие игры судьбы

 — Хотя есть там один парень из деревни, ухаживал за Мартой. Все время таскал ей сладости из лавки. Вот на него и думают. Только знаете что, миледи: не он это!

— Почему? — Я нахмурилась, лихорадочно пытаясь собрать обрывки воспоминаний в одну общую картинку.

— Так Марта нос от него воротила. Говорила, что прислуживает во дворце и достойна большего, чем сын кузнеца, — отозвалась горничная и, чуть понизив голос, добавила: — Только, боюсь, не станут особо разбираться и упекут парнишку в тюрьму. Под пытками ж он во всем признается.

Мысленно я согласилась со словами служанки. Иногда правосудию легче упечь за решетку крестьянина, чем начать расследование в отношении аристократа. А в том, что Марта в день смерти собиралась на свидание с одним из придворных, я не сомневаюсь. Легкое желтое платье предполагало встречу в пределах дворца, куда влюбленный в нее деревенский юноша попасть ну никак не мог. Нет уж, искать убийцу нужно именно здесь.

Я села у окна, вглядываясь в ярко освещенный полной луной двор.

На улице не было ни души. Стояла пронзительная тишина, не слышался даже привычный лай собак. Я размышляла, вспоминая последние слова умершей служанки. Кому нельзя доверять? Неужели я знаю убийцу? Кто это? К кому так торопилась Марта? А если преступник все-таки не ее возлюбленный, которому не понравилось известие о беременности любовницы? Может, причина совершенно в другом?

— А как можно объяснить то, что сын кузнеца пробрался в королевский дворец? — задала я вопрос.

— Так инквизиторы бедного парня еще и в колдовстве обвинят, делов-то, — пожала плечами горничная.

 — Вы же знаете, как наш народ любит во всех своих бедах и горестях обвинять нечистую силу.

— Будем надеяться, что представители закона проявят благоразумие, — отозвалась я.

За окном возле входа в сад я заметила какое-то странное движение. Женская фигура в длинном темном плаще скользила вдоль живой изгороди. Дама нервно оглядывалась по сторонам. Ее изящные руки придерживали глубокий капюшон, накинутый на голову.

Она находилась слишком далеко от меня, и разглядеть лицо не было возможности, но что-то неуловимо знакомое в ее походке будоражило мою память.

Кто же в своем уме пойдет разгуливать ночью по саду, зная о тех печальных событиях, которые произошли сегодня? Только дело крайней важности могло толкнуть хрупкую девушку выйти на улицу. От налетевшего порыва ветра зашелестела листва, ветки кустов склонились к земле, а накидка дамы распахнулась.