Дерзость на шпильках

- Анют, Цветочек мой, открой, пожалуйста, глазки, – голос Артёма, только непривычно ласковый и мягкий, как воздушная сахарная вата.

Я отрицательно качала головой, отказываясь разговаривать с собственной головой.

- Анют, так надо! Открой свои красивые глазки … и пока не закрывай.

На словах про красивые глаза я их действительно открыла, приятно, когда делают комплимент.

- Не говори со мной! – прошептала я, помня о своих глюках.

Демидов нахмурился и замолчал. До меня же дошло, что это не я лечу, а меня на руках несёт мой мужчина, такой вот сильный и красивый.

Чтобы отвлечься от хвалебных песен в адрес моего рыцаря, осмотрелась вокруг.

Красивый, по всей видимости, дом, только весь в состоянии ремонта. Периодически дыры в стенах, мебель раскинута, мусор кругом и валяющиеся люди в спецовках и без.

- Они ненастоящие? Или спят мертвым сном? – забыв о нежелании разговаривать с фантазией, спросила я.

- Спят, кто мертвым, а кто и вечным сном, – ответил мужчина.

Мне стало грустно, так как спать вечно - это совсем невесело и одиноко.

Мы вышли на улицу, я поняла это по чистому воздуху и усилению темноты вокруг нас, а ещё на больное лицо падали снежинки, причиняя дискомфорт. Я сильнее повернула голову к мужскому плечу, вдыхая любимый запах, и отключилась.

Понимая, что моё сознание возвращается, я боялась открыть глаза и увидеть снова похотливые глаза Карпова. Так что сначала долго лежала, не шевелясь, впитывая все звуки вокруг.

Писк медицинского оборудования и запах больницы после последней аварии на гонке я не могла ни с чем спутать.

Возник вопрос о том, как я тут оказалась, что из моих воспоминаний настоящее, а что нет?! В голове насчёт этого не было чётких представлений.

Может, я снова попала в аварию, меня выбросило из машины на поле, или я сама туда выползла в попытках того, чтобы спастись, потом от травмы во время удара в висок об машину и холода замёрзла, и мне все это приснилось. Похищение людьми Карпова и мое эпическое спасение от его разврата в лице Арчинского с Демидовым. Неужто за одну меня столько мужчин за один раз полегло, если вспомнить то «ратное» поле при выходе из моей белой темницы.

Все сходилось, и сейчас я чётко понимала, что это был сон от переохлаждения. Всем своим воспоминаниям я находила логическое объяснение, ещё больше убеждаясь в своей правоте.

Возможно, даже наличие Артёма было реальным. Кто-то ж меня привёз в больничку. Только я помню, что на нём был бронежилет, когда он нес мое бренное тело, я его чётко чувствовала.