В общем нам нужно будет сделать всё, чтобы к две тысячи тридцатому году всё Человечество стало единым целым и могло дать отпор любому врагу, напавшему на него из космоса.
Айболит первым задал мне острый и нелицеприятный вопрос:
— Коля, ты понимаешь, что таким образом мы убьём множество ни в чём неповинных людей?
— Понимаю, — слегка поёжившись ответил я, — но вместе с тем понимаю ещё и то, что я убью троих своих детей, старшего брата и младшую сестру, а также многих других родственников только из-за того, что от них не будет в прошлом никакого толка.
От тебя толк будет в первую очередь потому, что ты у нас Химический Айболит, который изготовит сыворотку правды из поросячьей мочи, а какой-нибудь сильнодействующий яд даже из слезы ангела. От меня тоже будет толк по той причине, что я всё-таки Маркони и смастерю радиоприёмник из бабушкиной кофемолки и коробки спичек. Относительно Битюга мне тоже всё ясно, я мало знаю таких волкодавов, как он, и, вообще всем, кто здесь собрался, в том далёком прошлом, как специалистам в области разведки, контрразведки и диверсионной деятельности, цены не сложить, а мы туда отправимся вовсе не для того, чтобы гладить детишек по головке.
Нам нужно будет сделать так, чтобы Первая мировая война началась в те же сроки или чуть позднее, а потом, как только люди в Европе ощутят на себе весь её ужас, тотчас её прекратить и навести порядок во всём мире, но не такой, какой был при Сталине. И не такой, какой Гитлер навёл в Германии.
Мужики, мы же все спецура! Неужели мы настолько тупые, что не сможем этого сделать? Не помню кто сказал — предупреждён, значит вооружен, но зато хорошо знаю смысл другой латинской пословицы — debes, ergo potes — должен, значит можешь. Если уж мы, советские офицеры, не должны, то тогда скажите мне, кто должен спасти это долбанное Человечество, чтоб ему ни дна, ни покрышки.
Полковник Дёмин, выслушав мою отповедь, первым делом глумливым тоном поинтересовался у Айболита:"
"— Ну, что, Малыш, получил по мозгам от Колобка? Тоже мне, мать Тереза.
Да, на тебя глядя, самая ядовитая кобра тут же на своём собственном хвосте повесится. А на счёт невинно убиенных я тебе так скажу, Витенька, ничто не мешает тебе найти году эдак в тысяча девятьсот пятом в Москве или Питере такого парня лет семнадцати, которого через год или два либо какой-нибудь урка зарежет, либо бык боднёт, либо гром убьёт.
