Ох, и доставалось же Алёше на первых порах от Петра Аркадьевича, когда тот клал перед ним на стол какой-либо проект, составленный в нескольких вариантах, а юный император, изучив их, поднимал на него глаза и спрашивал:"
"— Пётр Аркадьевич, какой проект вы посоветуете мне принять за основу и развивать со всем усердием?
Премьер-министр тотчас вскакивал со стула и восклицал:
— Государь, помилуйте меня! Это вы должны выбрать, что вам по сердцу. Все три варианта равнозначны и ни один из них не нанесёт никакого ущерба народу и империи, но это вы должны решить, на что нацелите наше усердие.
Поэтому не задавайте мне столь сложных вопросов никогда. Вы государь-император и это вам решать, на что вы нацелите народ и нас, его преданных слуг, — после чего, сменив гнев на милость, говорил: — Алёша, друг мой милый, рассуди так, как подсказывает тебе сердце. Поверь, в каждый из вариантов вложено много ума и их разрабатывали мудрые и прозорливые люди, но каждый видел проблему со своей колокольни, но решать надобно тебе.
Алёша был очень доброжелательным и не по годам умным юношей с прекрасными аналитическими способностями, а потому довольно часто отвечал Столыпину так:
— Пётр Аркадьевич, тогда давайте сделаем так, мы соединим первый вариант с третьим, а чтобы было совсем уж хорошо, дополним проект такой новацией… — после чего делалось дополнение, причём всегда очень толковое, хотя весьма часто совершенно неожиданное, и государь-император в заключение говорил: — да, это обойдётся казне несколько дороже, зато придётся по нраву людям, а казна она для того ими и наполняется, чтобы расходоваться для всеобщего блага.
Поэтому, когда через несколько дней объявлялось, что по высочайшему повелению государя-императора начинается строительство совершенно нового вида транспорта — струнного, которое хотя и обойдётся государственной казне в девять миллиардов золотых рублей, тем не менее ускорит перемещение пассажиров и грузов на огромные расстояния вчетверо и сделает поездки к тому же совершенно безопасными, народ, порой, даже не знал, что ему и делать, то ли заказывать благодарственный молебен в храме, то ли и вовсе проводить крестный ход, восхваляя заботу юного государя-императора о его, народа, благе.
Доехать из Питера до Анкориджа на Аляске всего за трое суток было весьма заманчивой перспективой для любого купца. Тем более, что оттуда было рукой подать как до Сан-Франциско, так и до Нью-Йорка.
