Моя любовница, к которой я проникся ещё большими чувствами, чем раньше, ещё осенью сказала, что ""вселится"" в тело молодого, рослого и сильного парня, пусть даже тот будет неграмотным крестьянином. Только так она могла, по её словам, полностью сосредоточиться на своём любимом ракетостроении и в последующие годы доказала, что петрит в ракетах ничуть не хуже самого Королёва. Точно так же решили все наши женщины-учёные и объясняли они это таким образом — быть в начале прошлого века учёной, к тому же молодой красавицей, значит подвергать себя опасности, вызывая ненависть у всех мужчин не нашего круга.
Зато юный гений будет иметь непререкаемый авторитет в научной среде. Что же, время показало, что они были правы."
"В любом случае меня совершенно не волновали такие пустяки, ведь я не собирался становиться великим учёным. На меня и без того свалилась такая куча обязанностей, что я порой был готов выть от тоски и скрежетать зубами от бешенства и вот почему. Меня нисколько не удивляло, что все мои друзья, а именно так у нас повелось с первого дня — быть друзьями не разлей вода, ратовали за жесточайшую дисциплину и требовали друг от друга полного самоотречения.
Они были офицерами и этим всё объяснялось. Куда больше меня поразили учёные, инженеры-конструкторы и рабочие, которые не только поддерживали их, но и вообще были готовы стать чуть ли не воинствующими монахами, чему я с такой силой сопротивлялся.
Очень примечательной была одна вербовка, которую я провёл в первых числах декабря.
Помимо общего руководства, я не снимал с себя обязанностей по темпоральным исследованиям, не говоря уже о своих обязанностях главного изобретателя ментального шлема, мне приходилось заниматься в том числе и рутинной работой. Когда я в очередной раз вошел в зал наблюдения, то сорвал с доски первую же попавшуюся ориентировку и направился к креслу. Уже через десять минут я знал, где мне следует искать Виктора Зиновьевича Проскурина, крепкого и бодрого старика восьмидесяти пяти лет от роду, героя социалистического труда и одного из лучших рабочих станкостроительного завода имени Серго Орджоникидзе.
Мы много знаем о гениальных учёных, поэтах, писателях и художниках, так вот, Виктор Зиновьевич был гениальным рабочим, профессионалом высшей квалификации, а именно такие нам и были нужны.
Свою дачу он превратил в нечто фантастическое, построив на шести сотках сказочный теремок.
