Чтобы не терять времени зря, я подробно пересказал Варваре Никитичне всё то, что мне растолковали куда более опытные консультанты, чем те, которые сидели сейчас со мной за одним столом в большом и богатом купеческом доме. Ну, точно такие же разговоры в этот вечер велись по всей России от Баку до Мурманска и от Польши до Уральского хребта. Мы собирались с самого начала заложить в России несколько сотен крупных сельскохозяйственных предприятий в полным циклом переработки продукции и ввезти в страну не менее двух тысяч тракторов из Америки.
Для этого нам нужно было не только договориться с компанией ""Харт-Парр"" о их производстве, но и подбросить им кое-что из идей, а так же предложить использовать двигатели, произведённые немецкой компанией ""Даймлер-Моторен-Гезельшафт"". В том числе и поэтому мне нужно было ехать в Германию чуть ли не первой же каретой, но для этого сначала я должен был произвести оглушительный выстрел из орудия главного калибра."
"На следующий день, хорошо выспавшись на перине в купеческом доме, мы отправились посмотреть на моё новое приобретение, называющееся Ведьмин лес.
Слишком близко к лесу мы не подъезжали и всего лишь удовлетворили своё любопытство, после чего, заехав к несколькими старым друзьям, чтобы познакомиться заново, отправились в Москву. Моя бывшая супруга ещё не съехала и я, подумав немного, решил использовать её в качестве свидетельницы неожиданного взлёта русского князя на финансовый Олимп. Заранее предупредив, что она более не интересует меня даже в качестве любовницы, я сказал ей что всё же хочу показать, кого и на что она меня сменяла.
Надо сказать, что эта мамзель была любопытна, как целая стая мартышек, и потому не долго думая согласилась задержаться в Москве и пожить в гостинице ""Метрополь"", благо я согласился оплатить один из самых лучших номеров. Ну, тут, конечно, я мог только посочувствовать француженке, поскольку предвидел, какое впечатление произведут на неё все то сокровища, которые солдаты Наполеона спёрли из Москвы, да так и не довезли до Парижа.
Пока мы готовились к рубке леса и земляным работам, большая часть нашего отряда вела агитацию за ""новую жизнь"", а меньшая спешно вооружалась револьверами и мастерила глушители. Все мои заместители покинули свои дома и заселились в мой. Нам ведь было не привыкать жить в общаге. На следующий день мой дом превратился в нечто, более всего похожее на Смольный дворец в октябре семнадцатого года.
