Во всем остальном свекрови, казалось, не было дела ни до пасынка, ни до меня, ни даже до собственных дочерей – словно вся ее любовь без остатка была отдана мужу. Она и правда легко и даже с радостью уступила мне хозяйство.
Сестры же Альбина вовсе не обрадовались моему появлению. По счастью, у них хватило достоинства не устраивать женские бои в грязи, типа подкинуть в тесто для хлебов дохлую мышь или испачкать в смоле вещи. А у меня хватило ума помнить, что это я пришла в их дом, а не они в мой.
Мало-помалу мы притерлись друг к другу, поделив хозяйственные дела. Я забрала на себя кухню и все, что связано со снабжением замка продуктами – и, признаться, новых обязанностей мне хватало выше головы. Хотя Альбин был прав – это оказалось куда интересней, чем поднимать трактир. Как бы то ни было, кладовые замка были полны, а рябиновым вином, что созрело к Йолю, герцог хвалился перед гостями. Правда, экономку все же пришлось уволить – нечего было подворовывать.
Как ни странно, сестер Альбина примирили со мной носки. Обычные шерстяные носки грубой вязки, которые я наскоро соорудила, когда пришли холода. Даже магия не могла по-настоящему прогреть камень, а я очень мерзла всю зиму, когда носила первенца. Устав от холода по ногам, я попросила кузнеца нарезать проволоку и зашлифовать края, превратив в спицы. В одной из кладовых очень удачно попалось веретено с накрученной ниткой, которую некогда сочли слишком толстой и грубо спряденной, чтобы ткать из нее полотно.
А мне оказалось в самый раз.
Недовязанный носок в моих руках произвел эффект разорвавшейся бомбы. Оказывается, шелковые чулки, которые я считала вязаными тончайшим крючком, вязали иглой. Петельным швом, стежок за стежком, ряд за рядом. И искусство это было доступно лишь мавританским мастерам, потому вязаные чулки стоили безумных денег. И увидев недовязанный носок, моя старшая золовка мигом сообразила, какие открываются перспективы.
"
"Пришлось учить девушек дома вязать носки. Привычные к тонкому рукоделию, они схватывали на лету. С каждой новой связанной парой спицы в их руках становились все тоньше, как и нитки. И однажды мне преподнесли пару шелковых чулок, связанных на спицах. Я могла гордиться – вторую такую пару золовка подарила королеве, после чего та отказалась носить другие чулки.
