Вроде вполне приличное было, когда Ваня мне его привез. Да, с чужого плеча, но чистое и почти не ношеное. И рубашка с расклешенными рукавами, которую полагалось под него надевать, была белоснежной. И вечером все было в полном порядке. А сейчас… Платье в старых пятнах, как будто я подолом кастрюли чистила прежде, чем надеть. Рубашка приобрела тот желтоватый оттенок, который появляется у заношенных белых вещей. Это когда я успела так усвинячиться?
Я рванула к двери. Срочно переодеться в свое, плевать, что цивильное, хорош повар, который выглядит как грязнуля! Но не успела и пару шагов сделать, как парень ухватил меня за локоть.
– И куда это ты вдруг заторопилась? А как же наш уговор?
– Уговор? – не поняла я. Неудивительно, что не поняла, от этого глубокого бархатного голоса мурашки по коже побежали табунами, а сердце провалилось в низ живота, да там и осталось, растекаясь теплом. Совершенно не к месту подумалось, если бы этот, так и не представившийся, ухлестывал за мной в мой последний год в школе, резинка трусов в то время не казалась бы такой надежной защитой от поползновений.
Вот и славно, что тогда был не он.
Хотя нет, у этого бы тоже ничего не выгорело. Хорош, слов нет, но смотрит, как на… словно на заветренный десерт, который испортил все впечатление от роскошного ужина. Вот пусть на других так смотрит, а у меня и без надменных красавчиков забот хватает.
Парень потряс кошельком-мошной.
– Вот деньги. Получишь, когда я удостоверюсь: было за что платить.
– В смысле? – Я попыталась выдернуть руку, но парень держал крепко.
– В прямом. Ложись и задирай юбку.
– Чего?!
Он в своем уме вообще? Нет, может это роль такая, конечно, но попрошу эту роль ко мне не применять! Я сразу оговорила, что ни в какие игры не играю, моя задача – накормить людей, получить оплату, и все. Если кто-то кого намеревается по кустам повалять, в условно-игровой форме или в реальности, это их проблемы, а мне своих хватает!
– Да за кого ты меня держишь!
– Дай-ка подумать, – ухмыльнулся он. – Наверное, я запамятовал, как называют женщин, которые приходят к едва знакомому мужчине с предложением продать невинность.
Что?! Я замотала головой, как будто это могло утрясти взбаламутившиеся мысли. Так. Пошла-ка я отсюда. Не знаю, откуда этот самовлюбленный красавчик выискался и кто ему эту роль дал, но пусть в такие игры с кем-нибудь другим играет. И уж тем более я не намерена проверять, как далеко он намерен зайти – в пределах ли ролевых условностей или…
По спине пробежал мороз.
