Интересно, а герцогского сынка они смогут вышвырнуть? Я отогнала эту мысль, слишком уж соблазнительно она выглядела. Да и почто Альбина к нам принесет? Захочет убедиться, что контрабандой здесь больше не промышляют?
– Вот уж вышибалой я еще не подвизался, – хохотнул Юбер. – Пожалуй, это будет забавным.
– Но сами посетителей не провоцируем, – серьезно уточнил его командир. Кажется, опять больше для нас с Филом, чем для своих, потому что на лице братьев промелькнуло почти одинаковое возмущение.
– Две трети добытого с боя нам, треть вам.
Ага, вот почему про дополнительную оплату боевых ни слова не сказали. По нашим меркам это называется мародерством, по местным… наверное, норма. По крайней мере, когда волны приносили к берегу бочки или сундуки с утонувших кораблей, ни деревенские, ни семья Евы не стеснялись прихватить то, что не успело испортиться. Неясно только, как они собираются «добывать» что бы то ни было с корабля, стоящего в море, но это уже не мои проблемы.
– Это все наши условия.
– По рукам! – вылез Фил прежде, чем я успела открыть рот.
Ах, да. Трактир же его. И он мужчина.
Эгберд коротко глянул на меня и протянул ему руку.
Только я тоже кое-какие уроки из истории Евы извлекла. Слово словом, но надо бы письменный договор, и…"
"И никакого письменного договора не будет, поняла я, просто потому, что записать его не на чем. Я выросла в мире, где бумага дешева и постоянно под рукой: тетрадки, блокноты, листки для заметок, упаковки для принтера… да даже чеки и этикетки на продуктах! Но в трактире бумаги не было ни клочка.
Отец Евы все торговые обязательства держал в голове, а если кто из его партнеров писал договор, прятал где-то. И точно так же, как его деревенский конкурент, запоминал, сколько порций еды и выпивки употребил каждый постоялец. Ева памяти не доверяла и записывала, но та дощечка, залитая воском, и заостренная палочка, о которых я вспомнила, разговаривая с Альбином, были чем-то вроде дорогого канцелярского набора, обычно она обходилось дармовой берестой, а сколько стоит бумага, представляла очень приблизительно.
Как-то кто-то из постояльцев хвастался, что приобрел молитвенник по дешевке, всего-то за фунт.
Так ли удивительно, что в доме не было ни одной книги, Фил считал письмо и чтение блажью, а девочки даже букв не знали?
Но что теперь делать мне? Выцарапывать договор на бересте? Или высекать на камнях, подобно скрижалям моисеевым? Таким договором наемники точно не смогут подтереться, даже если захотят.
