Не доходя до нее, дорога раздваивается, одна ведет через деревню к замку, очертания которого видны на горизонте в ясную погоду. Вторая – в город, что находится в дневном переходе от нашего трактира.
По правую сторону от трактира, опять же, если смотреть на море – Сардинная бухта, которую мыс напрочь закрывает и от деревни, и от замка.
И уж кто-кто, а капитан замкового гарнизона, внебрачный сын герцога, прекрасно знает и этот мыс, и трактир, и меня. А уж он сам прославился на всю округу – неудивительно, что так оторопел, когда я заявила, будто впервые его вижу.
По слухам, прижитый от цыганки, словно в насмешку прозванный Альбином2, герцогский бастард унаследовал не только внешность, но и горячую кровь матери, которая, опять же по слухам, сбежала, едва придя в себя после родов. Вечно вопящий сверток она оставила в замке. Герцог не стал сбывать ребенка с рук, растил, выжидая, проявится ли магия. И когда подтвердилось, что ребенок – маг, нашел ему учителя. Хотя признавать бастарда так и не стал.
Господи, о чем я? Какие герцоги, какие бастарды? Я же ничего этого не знаю и не могу знать! Да и вообще сроду ни одного аристократа живьем не видела! В России вот уже больше века аристократы – вид краснокнижный!
Но ведь сейчас-то я не в России.
И полчаса назад бойко шпарила на языке, которым в реальности и пары мыслей не смогла бы выразить, несмотря на отличные оценки! Откуда я его узнала? И не оттуда ли знаю, как об Альбине шептались, дескать, дерзок не в меру, места своего не знает, все потому, что за острый ум и сильную магию герцог ему позволяет куда больше, чем стоило? А теперь все чаще поговаривали, будто герцог намерен не только признать, но и усыновить бастарда по всем правилам.
Альбин, поди, уже предвкушает день, когда сможет расплатиться со всеми, кто за глаза называл его ублюдком. В глаза-то давно никто не осмеливался.
За спиной раздался мерный топот копыт. Я подпрыгнула: накаркала! Вспомнила о нем и накаркала, Альбин за мной поехал, не снес, видать, оскорбления.
Что со мной сделает разъяренный герцогский сынок, привыкший ни в чем не встречать отказа, даже думать не хотелось.
Я попыталась бежать, но ноги подчиняться отказались и сердце прыгнуло в горло, мешая дышать. Видимо, то отчаянное спасение из замка стоило мне всех сил. Все, на что меня хватило – сигануть в придорожные кусты, съежиться там, глядя на дорогу сквозь листья."
"Мало кто смел перечить Альбину, даром что вроде как простолюдин. Все же знали, чей он сын.
