Онлайн-библиотека книг
Могу даже выдать нож и вилку. А я к нему и за миллион долларов приближаться не согласна.
— Аля, не убегай! — слышу за спиной бас Михаила.
Он в мгновение ока вылетает в общий зал и преграждает мне путь.
— Ты должен быть в тюрьме!
— А ты должна быть в Перми, так что квиты! И потом, что такого ужасного я тебе сделал?! Ну прижал к стенке, поцеловал немного… Сажать меня за это как-то перебор, не находишь?
— Ты считаешь, что ничего плохого не сделал?! — на этой фразе мой голос хрипнет.
Потапов замирает, морщится.
— Аля, извини! Я не должен был так, нахрапом… Я тебя больше не трону, обещаю! Пока сама не попросишь, не трону!
Мои глаза непроизвольно круглеют. Потапов извиняется… Такое у нас точно впервые. Потом до меня доходит смысл последней фразы.
«Он что думает, я могу его попросить?! Ну нахал!»
А он тем временем продолжает:
— Я знаю, что переступил черту, мне очень жаль…
— Ты говоришь это, чтобы я забрала заявление? — других мотивов я не вижу.
— Можешь не забирать, если так хочешь доставить мне неприятности, — снова морщится он.
— Ты бы меня тогда в два счета нашел! — выкрикиваю я и топаю ногой, а потом признаюсь: — Причинение тебе боли не было моей целью, но я не жалею, Михаил!
— Это интересно почему? — его брови встречаются на переносице.
— Ты делал мне больно каждый день на протяжении всей нашей супружеской жизни! — наконец высказываю я то, что давно хотела прокричать ему прямо в лицо, но никогда не хватало смелости.
— Если тебе было со мной так паршиво, почему просто не подала на развод? — он тоже переходит на резкий тон.
От его напора мои коленки начинают подрагивать, но я сжимаю кулаки и мысленно приказываю себе не поддаваться панике, высвобождаю гнев, что годами сидел внутри, и кричу в ответ:"
"— Ты мне из дома не разрешал выйти никуда, кроме магазинов, о какой подаче на развод ты говоришь?!
Михаил замолкает надолго, хмурится.
— Ты из-за этого сбежала?
— У меня была масса причин…
— Я очень даже жажду услышать эту массу!
— Сейчас не время и не место… Я так не могу…
— А ты смоги! — муж как обычно стоит на своем.
