Десятый храм (Эгида-13)

Впрочем, какая разница — исход этой авантюры может быть только один!

Заметив мое крайне мрачное выражение лица, король удивлённо спросил меня:

— Господин барон, а что вы так грустны? Разве к этому славному подвигу есть какие-то препятствия?

— Так свадьба же! — сказал я с тупым выражением лица.

— Так прошла же свадьба! — удивился Перфундар.

И ведь верно он все сказал, прошла уже моя свадебка, больше ей не отмажешься! И тут мне в голову вдруг пришла идея. И какая идея!

— Так то была моя свадьба, а нам нужна Ваша свадьба, Ваше Величество! — твердо сказал я, — не дело это, что Вы без жены! Военный промысел — дело рискованное! Последний монарх в этом мире — Ваша линия ни в коем случае не должна пресечься! Это Ваша ответственность перед предками, и перед потомками! Представьте, если что с Вами случится — все монархи в параллельном мире станут внешними! И будут тут преследовать не интересы уцелевших местных жителей, а сугубо свои интересы!

Перфундар замер на месте, словно пораженный молнией.

Но видно было, что он думает, и очень даже напряженно. А затем он глянул на меня пристально, и тут же выскочило уведомление:

Не задумываясь, щелкнул принять, ибо в чем был смысл городить огород по этому поводу, если сейчас идти на попятный? Но тут же задал логичный вопрос:

— Ваше Величество, а какую невесту Вы сочтете достойной?

Перфундар ответил, даже не задумываясь:

— Благородное происхождение, чтобы предки были не ниже графского уровня. Естественно, одной с нами расы, из гномов.

Ну и сам понимаешь, внешность тоже важна! Вот твоя супруга, скажем, прекрасно выглядит, даже когда вся чумазая вечером вместе с тобой возвращается в Бантосу! И мне такую же красотку подыщи, только из нашего народа!

Нифига себе запросы у последнего короля в опустошенной свирепыми захватчиками стране! И что-то мне совсем не нравится такое упоминание Адельхейд! Лестно, конечно, но слишком уж переходит некие рамки, словно Перфундар, будь у него возможность, тут же наложил бы лапу на мою супругу! Хотя, слава богу, такой возможности у него нет.

Что верно, то верно — чем отчаяннее положение у любого короля, тем более договороспособным он становится, и тем легче с ним иметь дело! Я вполне мог себе представить ситуацию, в которой, встреться я с Перфундаром до вторжения армии ада, когда у него были десятки тысяч подданных, меня могли по его приказу убить, чтобы сделать из Адельхейд наложницу в королевском гареме.