– «Девяточку», – подтвердил Сидорчук таким ласковым голосом, как будто говорил о любимом ребенке, – милое дело!
– Что ж ты ее продаешь, коли она тебе так нравится?
– Есть на то причины, – хозяин квартиры потупился, – только тебе это не интересно, в особенности если ты ее покупать не думаешь."
"Леня развернул бумагу, которую дал ему Сидорчук, и прочитал, что данная генеральная доверенность дана этим самым, стоящим перед ним в рваных джинсах и тельняшке, Виктором Анатольевичем Сидорчуком некоей гражданке Анне Артуровне Сыч, паспорт такой-то, проживающей в поселке Песочная, улица Правая Поперечная, дом шесть, на управление автомашиной БМВ номер такой-то, с правом продажи, переоформления и так далее.
Запомнив адрес и прочие данные гражданки Сыч, Леня вздохнул и возвратил Сидорчуку копию доверенности.
Дорога его теперь лежала в поселок Песочную, и одному только можно было радоваться – что до этого поселка от города рукой подать.
– А может, поглядишь все-таки мою ласточку? с надеждой в голосе спросил Сидорчук, прежде чем закрыть за гостем дверь.
– Я бы тебе ее, так и быть, за восемьсот уступил, как своему! Милое дело…
Леня заторопился к лифту.
Улица Правая Поперечная состояла всего из шести домов, и дом номер шесть был самый на ней неказистый. Обшитый вагонкой фасад в три окна был когда-то зеленым, но краска давно облупилась, да и многое другое настоятельно требовало обновления. Зато на участке было понастроено несметное количество каких-то сараев, сарайчиков и сараюшек, из которых доносились странные звуки, напоминающие то ли визг, то ли писк, то ли плач.
«Свиней она, что ли, держит, эта самая гражданка Сыч?» – подумал Маркиз, захлопнув дверцу машины и приближаясь к калитке.
Однако это предположение было немедленно опровергнуто. Когда Леня подошел к забору, вместо визга и хныканья из всех сараев послышался сначала редкий и разрозненный, а потом все более дружный и мощный собачий лай. Постепенно он сделался таким громким, что у Лени заложило уши, как если бы рядом с ним взлетал сверхзвуковой самолет.
– Иду! – послышался низкий и хриплый, но несомненно женский голос. Дверь дома распахнулась, и на крыльцо вышла коренастая и крепкая женщина заметно среднего возраста, с лицом весьма обветренным и красным до настоящей кирпичности.
– Вы за маламутом? – осведомилась женщина, подходя к калитке. – Заберете, заберете своего красавчика!
– За кем? – удивленно переспросил Леня.
