Леня нисколько не сомневался, что это та самая игрушка, которую перехватил у него Лимон, – и опять номер оказался пустым…
В чем же дело? Неужели Лола перепутала, ошиблась и спрятала микросхему не в медведя, а в какую-нибудь другую игрушку – в зебру или овцу, в леопарда или носорога?
Нет, это невозможно. Хотя Леня частенько посмеивался над Лолой, подтрунивал над ней, поддразнивал свою верную компаньонку – он знал, что в серьезном деле на нее всегда можно положиться, что она хороший, надежный партнер… Конечно, тогда в «Аквариуме» она была очень испугана, взволнована, но даже несмотря на это, она наверняка ничего не перепутала, микросхема должна быть в одном из медведей…
Но вот он, последний медведь, а микросхемы по-прежнему нет.
Леня глубоко вздохнул и на всякий случай снова прощупал все швы, начиная от кончиков задних лап и заканчивая ушами.
Никаких прорех, никаких отверстий, никакого тайника. И никаких уплотнений, ничего твердого не прощупывалось под ворсистой тканью, ничего, даже отдаленно напоминающего микросхему.
Из соседней комнаты послышался хриплый голос приходящего в себя Лимона.
– Где он, этот козел? Я из него сейчас жаркое делать буду!
Леня подумал, что в этой квартире ему делать больше совершенно нечего.
Он посадил не оправдавшего надежд медведя на тумбочку, рядом с товарищами по животному миру, и устремился к выходу, не дожидаясь, пока Лимон окончательно придет в себя и попытается осуществить свою угрозу.
Лола высматривала своего компаньона из окна.
Но она так волновалась, что все время отбегала то за сигаретой, то в туалет, то посоветоваться с котом Аскольдом, скоро ли придет Леня.
Кот на ее вопросы никак не реагировал, Лола знала, что, как только Леня появится в каком-то только котом обозримом пространстве, Аскольд тотчас же сядет у входной двери и будет таращиться на нее, пока дверь не откроется и на пороге не появится его обожаемый Маркиз.
В результате Лола компаньона своего прозевала, иначе сразу поняла бы по его внешнему виду и походке, что дело плохо.
Равнодушный Аскольд тоже ничего Лоле не подсказал, он, как обычно, уселся возле двери, преданно пожирая ее, эту дверь, глазами. Лола слегка забеспокоилась, когда услышала Ленины шаги на площадке. Будь у нее побольше времени, она бы непременно сообразила, что дело неладно, но тут же прозвенел звонок, и Лола открыла дверь, так и не успев стереть с лица радостную улыбку.
– Дорогой! – начала было Лола, но тут же прикусила язычок, заметив Ленине выражение лица.
