Отец давно мечтал о втором сыне. Мама… мама тоже. После первых родов заводить детей ей строго запретили, так что Ян практически спас их брак. Мама Яна обожает, как родного.
А вот наши отношения с братом как-то сразу не задались. Постоянно дрались и устраивали дома погромы. То зубы выбьем, то носы разобьём и в том же духе.
На этой почве меня и Яна определили в разные школы. Мы старались как можно реже видеться, потому что обыкновенно из этого ничего хорошего не происходило. Ну вы помните, чем мамина днюха закончилась.
Гадёныш получил по полной программе. Очень надеюсь, что пришлось прибегать к помощи пластического хирурга, чтобы поправить нос.
Никто из нас не делал другому какого-то непростительного зла или подлости, мы просто органически не переваривали друг друга. Ненавидели самой лютой ненавистью. Вот и вся история. Ни за что-то, а просто так.
Маша здесь совершенно не при чём."
"Ян предпочитал длинноногих моделей с минимумом мозгов в черепной коробке. Просто Савельева попала между молотом и наковальней.
Чисто логически я понимал, что началась какая-то делёжка шкуры неубитого медведя, но… только представил Машу рядом с Яном и всё – психушка.
Хотелось кромсать и крушить. Плевать, что при этом отрываюсь на Савельевой, лишь бы брата на место поставить. Но когда Маша в бассейн упала и впервые послала меня, грани как-то размылись. Она из тех девочек, которые если захотят, то отправят парня в дальние дали и уйдут, не оборачиваясь.
Фоном запоздало пришло осознание, что мы с заучкой совершенно из разных миров.
Я и мои друзья могли играть с такими, но ничего серьёзного. Избалованные мажоры, ну. Думать о том, какой вред это причиняет людям и что они чувствуют – мимо кассы.
Мне даже нисколько не было стыдно, что никого не остановил, не вступился за неё. Мудаками не становятся – мудаками рождаются.
Я её обидел, но чётко понимал, что никуда она уже с крючка не сорвётся. Влипла по полной программе. Влюбилась без памяти. Мне нужно только быть настойчивым и милым.
Зачем из кожи вон лезть, если Маша и без того моя, правильно?
А то!
Савельева спокойно положила телефон на столешницу и плавно опустилась на диван. Я сел на стул напротив, наблюдая, как Маша неспеша берёт в руки бокал вина.
Сдаётся мне, понадобится тяжелая артиллерия. Хоть бы ножками потопала что ли, зараза.
– Я всё тебе объясню.
– Не надо ничего объяснять, – ответила, делая несколько глотков. – Это лишнее.
Лишнее, значит. Ну-ну.
