Десятый храм

Убедившись, что древко с намотанной паутиной точно касается меча, я скастовал на паутину на нем липучесть. И все сработало — когда я дернул копье за паутину вверх, оно подлетело уже с намертво прилипшим к древку мечом.

Первоначально было хотел метнуть вниз сеть из паутины, чтобы к ней поприлипало побольше предметов, так сказать, ловить неводом. Но все же пришлось перейти к рыбалке при помощи удочки, поскольку брошенная сеть при касте на паутину липучести неизбежно прилипла бы не только к трофеям, но и к скале, сделав подъем трофеев невозможным.

А с копьем все работало — намотанные по краям шкурки не давали паутине касаться скалы, позволяя цеплять только лежащие на ее поверхности трофеи.

Дальше дело техники — подтянуть за паутину копье с мечом, отменить липучесть, засунуть меч, действительно оказавшийся редким, за пояс, и тут же швырнуть копье вниз. Что-то вроде экзотической рыбалки!

В следующий раз я подцепил и вытащил таким образом кинжал, оказавшийся уникальным. В третий раз удалось зацепить сразу два предмета — кинжал и валявшийся рядом с ним толстый браслет.

Но в этот момент, похоже, терпение у личей лопнуло, и они пальнули дюжиной огненных шаров прямо по копью. Заставив грифона резко рвануть вверх, и копье, и кинжал с браслетом я из-под обстрела вытянул, но с огорчением вскоре убедился, что от такого удара деревянное древко настолько обуглилось, что копье вообще не развалилось в воздухе только из-за того, что было плотно обмотано паутиной. Естественно, сгорели и заячьи шкурки.

Разозлившись, я вытащил из сумки стальной ломик, и уже его обмотал паутиной. А по краям паутиной же примотал два браслета — они тоже будут обеспечивать необходимый зазор от скалы.

С таким инструментом жалкие попытки личей покончить с моим промыслом мне уже были не страшны. Паутину мою огненными шарами не взять, а стальной лом есть стальной лом, он от такой магии может только нагреться.

Своими делами я занимался на глазах у нескольких тысяч китайцев, они маялись от безделья в ожидании дракона, поэтому с интересом следили за каждым моим шагом.

Когда я собирался катиться мимо входа в пещеру во второй раз, я даже услышал, как азартные китайцы начали заключать ставки, предлагая два варианта, помимо благополучного исхода — что меня все же подстрелят личи, или что я убьюсь об скалы.

Ко мне вскоре подлетел один из них:

— Уважаемый! — обратился он ко мне, — был бы признателен, если бы Вы вытащили сумку моего друга, оставшуюся внизу после его гибели.