Деспот

С чего они должны работать за бесплатно?

— Они на зарплате, их этот вопрос не волнует.

— В общем ясно, — отмахиваюсь я. — Найду прайс в интернете, деньги скину, — утыкаюсь в телефон, вызывая такси по приложению.

— Верну назад."

"— Тогда Свете твоей переведу, скажу, что должна, — поднимаюсь с кресла и иду к вешалке. Завтра меня ждет ещё один напряжённый рабочий день, надо отдохнуть. Поскольку вынужденно я не за рулём, можно даже позволить себе бокал вина, чтобы расслабиться.

— Бесполезная идея – все ее карты привязаны к моему счёту, — парирует Даня.

— Значит, наличкой с механиками рассчитаюсь, — иду на выход, Данила провожает.

— Давай так: будешь должна, — предлагает мне Даня, когда мы выходим на улицу и ожидаем такси. — А когда поднимешься по своей лестнице, то отдашь с процентами.

Скептически поджимаю губы. Не то чтобы у меня есть деньги на лишние расходы, но и пользоваться благодарностью Данилы не собираюсь. Это неправильно в нашей ситуации. Мы уже ничего друг другу не должны.

— Нет, Дань, прекрати, — качаю головой.

— Да ну, ты уволилась, на новой работе всего день. Нет у тебя лишних денег. А я не обеднею.

— Давай так, сделай мне скидку и все. Это компромисс?

Мое такси тормозит в пяти метрах. И пока Даня соображает, пытаюсь сбежать.

— Ди, стой! — хватает меня за руку, останавливая. Разворачиваюсь, замечая, что из еще одного такси позади Данилы выходит его Света и тут же впивается в нас взглядом. — Ди, давай встретимся завтра, разговор есть.

— Дань, — мягко вырываюсь из его захвата.

Не нравятся мне эти его разговоры. Больно почему-то. Нет, любви, как к мужчине, у меня к нему нет, но я очень эмпатична к его чувствам. А там все больно. — Не надо, поговори со Светой, — киваю за застывшую позади нас девушку. Даня растерянно оборачивается.

— Светик, привет и пока! — машу ей рукой и быстро убегаю.

***

Новый рабочий день начинается легче. Во-первых, я почти успела систематизировать процесс. Во-вторых, Юсупова нет полдня. А без него здесь даже дышится легче.

По расписанию к нему записаны несколько посетителей, но всех приходится разочаровывать его отсутствием.

Он появляется после обеда. Не один, с ним высокий внушительный мужчина лет тридцати пяти. Одет он неформально: черные джинсы, водолазка и кожаная куртка. Борода и шрам на брови добавляют ему возраста. Но самое удивительное не это. От мужчины пахнет гарью, лицо немного испачкано, а его ладонь перемотана бинтом, из которого сочится свежая кровь.