Деспот

Открываю глаза, пытаясь надышаться, и смотрю на Юсупова поплывшим взглядом. Он, словно дьявол, ведёт меня к греху, к падению. Да я уже у его ног, как он и хотел.

Дура, я наивно полагала, что отдам ему свое тело, но не буду ничего чувствовать. Он буквально выдирает из меня эти чувства. Нагло, бесцеремонно извлекая из меня все, что хочет.

— Хочешь ещё?

Отрицательно кручу головой. И вибрация снова бьёт в нужное место, извлекая из меня стоны, вынуждая открывать рот и замирать в немом крике.

Снова останавливается, когда я выгибаюсь.

— Еще?

— Нет! — уже с яростью выкрикиваю я. Хотя на самом деле хочу. Я хочу, чтобы он довёл дело до конца и, наконец, взорвал во мне этот ком болезненного возбуждения.

— Я буду продолжать, пока ты не сдашься, Диана.

Вибрация снова раздражает уже, кажется, каждый нерв в моем теле. Внутри меня настолько мокро и горячо, что становится стыдно. Но все также быстро прекращается. Несколько секунд передышки, и повторяется снова.

— Еще?! — уже почти рычит мужчина.

— Да! — почти плачу, сдаваясь, иначе это никогда не закончится.

— Умница. Умей красиво принимать поражение.

Вибрация включается, но медленно и слабо. Мучительно мало. Мне нужно больше.

Через пелену возбуждения наблюдаю, как Юсупов откладывает пульт, не выключая вибрацию и поднимается с кресла. Он снимает с себя рубашку. Мой затуманенный разум уже воспринимает его тело, как нечто желанное, красивое, сексуальное. Юсупов снимает брюки вместе с боксерами и идет ко мне. У него внушительный, давно возбуждённый член.

Но меня уже ничего не пугает. Я хочу, чтобы все логически завершилось. Чтобы он уже, наконец, позволил мне кончить. Я, как голодная самка, хочу только одного.

— Встань! — хрипло приказывает мне. А я не могу. Тело не слушается. Меня ломает и выгибает от волн возбуждения.

Юсупов сам поднимает меня на ноги. Уже не нежно и аккуратно, а грубо и резко. Но мне плевать. Он разворачивает меня к себе спиной и давит сильной ладонью на лопатки."

"— Коленями на диван, прогнись, — ставит меня в позу, хватает сзади мою шею и вжимает лицом в спинку дивана.

Чувствую его грубые руки на моих бедрах, он задирает пеньюар и вынимает из меня эту адскую мучительную игрушку, откидывая ее на диван. Я так хотела от нее избавиться, а сейчас хочется рыдать от того, что он лишил меня удовольствия. Хочется выкрикнуть, как я ненавижу этого мужчину, какая он сволочь, но я только жалобно скулю.

— А! — вскрикиваю и начинаю рваться, оттого что он входит в меня грубым, резким толчком.