Деспот

За пять минут до конца моего рабочего дня дверь кабинета распахивается, оттуда буквально вылетает Надежда Михайловна. Вся заплаканная. Размазывает косметику по лицу и буквально убегает, стуча каблуками. Начальник финотдела за ней. Тоже нерадостный. Нервно дёргает галстук, срывая его. Минуты через три уже спокойно выходит начальник охраны.

Даже не хочу знать, что там произошло. Хватаю сумку, тоже готовясь выйти. Но не успеваю.

— Диана, — останавливает меня Юсупов. Замираю, нервно теребя ручки сумки. — Зайди, — распахивает для меня дверь шире и уходит вглубь кабинета.

А я не хочу…

Не хочу!

Но оставляю свою сумку на стойке и покорно иду.

Юсупов возле окна. Ко мне спиной. Смотрит вдаль.

— Дверь закрой! — указывает мне. Закрываю, ощущая, как начинает неистово колотиться сердце. Я уже понимаю, что это не рабочее поручение. Но все еще глупо надеюсь, что меня отпустят. — На замок закрой!

Все, надежда умирает. Нервно сглатываю, запираюсь.

Понимаю, что это неизбежно. Передышка в неделю и его отстранённость ничего не значили, но все равно боюсь, как в первый раз.

К этому невозможно привыкнуть.

Юсупов молчит, продолжая смотреть в окно. А я стою посреди кабинета и впиваюсь глазами в его спину. Осанка ровная, словно выправка военного. Напряжён. Это даже видно со стороны.

Проходит минута, две, три, пять, но ничего не происходит.

В кармане моей юбки начинает вибрировать телефон. Это Аня, но я не решаюсь ответить.

Уж лучше бы я откусила себе язык, когда вещала ему, что ничего не хочу.

Выносить такого Юсупова еще тяжелее.

Мой телефон снова вибрирует, раздражая.

— Выключи телефон, — холодно велит он мне, наконец оборачиваясь.

Вынимаю телефон, палец соскальзывает с кнопки, но я справляюсь, снова пряча его в кармане, уже под пристальным взглядом мужчины.

— Иди сюда!

Подхожу.

— Ближе.

Подхожу почти вплотную.

Около минуты мы смотрим друг другу в глаза. Сглатываю, когда читаю в его черном взгляде что-то очень мощное. Хищное, звериное. Юсупов наклоняется ко мне и глубоко втягивает запах моих волос…

А потом все происходит резко, быстро и грубо.

Сопротивляюсь, скорее, на рефлексах.

— Не дергайся! — рычит мне в ухо. Замираю, хватая воздух. Он задирает мою юбку, всхлипываю от треска колготок, кусаю губы до боли, когда слышу, как звенит пряжка его ремня, вижу, как к моим ногам падает упаковка от презерватива.

Юсупов проталкивает мне в рот пару пальцев.