Детдом

В Крест вложена также кровь святого Дмитрия, частицы мощей святого великомученика и целителя Пантелеймона и иных угодников Божиих. Эти святые реликвии были доставлены в Полоцк специальной экспедицией, которую направила в Византию преподобная Ефросиния. Создание задуманного стоило такой большой работы и усилий, требовало таких значительных материальных средств, что на боковых пластинах Креста преподобная заказчица благословила выгравировать надпись, чьим старанием, для какой церкви был сделан Крест и сколько это стоило.

Знаменитые князья иногда жертвовали для храмов очень дорогие вещи, но равного Кресту Ефросинии Полоцкой не было.

Перечислив в себе, словно с листа прочитав, все известное, игумен вздохнул пожалуй что с облегчением. «Не может быть! Господь не попустил бы такого. Рыжий монашек-расстрига с дрожащими руками и бегающими глазками и всеправославная святыня. Нет! Видно же по нему, что в душе – бродяга, корсар, флибустьер, что более всего ищет – не веры, не подвига, а – приключений. Обычная мирская суета-сует и всяческая суета… А впрочем, все в руце Божьей…»

Бормоча слова молитвы, старый игумен с трудом поднялся со скамейки и, тяжело шаркая, направил стопы свои к храму, на престоле которого, за царскими вратами хранилась копия креста Ефросинии Полоцкой, честно исполненная белорусским мастером.

Над пышно зеленеющими свежей листвой деревьями закатывалось солнце.

* * *Несмотря на включенное освещение и летний день снаружи, в подвале было холодно. Кай, в наброшенном на плечи пончо, пытаясь что-то кому-то объяснить, прыгал между колонками, проводами и инструментами и был похож на большую, фантастически проворную лягушку.

Осветитель Игорь честно старался уследить за его движениями, но то и дело терял объект. На единственном стуле, сгорбившись, сидел основатель группы «Детдом» Аркадий Николаевич, временно выпущенный из психиатрической больницы без всяких документов, под честное Светкино слово и цветной телевизор «Панасоник», купленный Настей Зоннершайн для комнаты отдыха медсестер. Рядом с ним, почтительно внимая, стоял новый звукорежиссер группы Юрий. Он был, в общий тон группе, немногословен, одет во все черное и оттого постоянно терялся. Искали и звали его обычно в двух шагах от того места, где он реально находился. Единственным человеком, который постоянно не столько видел, сколько ощущал текущее местоположение Юрия, оставался Кай. И, надо сказать, оно ему не всегда нравилось. Но в своем деле Юрий был классным специалистом – это все признавали.