Детдом

Там она некоторое время повозилась с замками, но, наконец, открыла дверь. Антонина, с интересом прислушивающаяся к происходящему, не уловила никаких приветствий и вообще ничего вербального. Однако, дверь хлопнула, закрываясь, а в прихожей явно что-то происходило.

– Вот, – сказала Настя и впустила в комнату Ольгу.

Ольга выглядела еще более худой, чем запомнилась Антонине. В ней не было ничего мягко-девичьего и романтического, т.е. соответствующего ее сценическому облику. Лицо ее казалось взрослым, некрасивым и отчужденным.

Виталик молча встал из-за компьютера. Так же он вставал, когда в комнату входили родители Антонины.

– Ольга?! – не удержалась Антонина. – Ты нашлась!

– Да. Где Кай и Владимир?… Скажите, пожалуйста…

Настя, которая, как нам уже известно, часто не понимала, о чем люди говорят, но зато прекрасно знала, о чем они молчат, первая догадалась, что девушка находится на грани нервного срыва.

– Садись! – резко сказала она, обращаясь к Ольге. – Тося, у тебя водка есть? Или хотя бы вино?

– Водки нет, – сориентировался Виталик.

 – Мы не пьем. Вино есть. «Черный лекарь», где-то полбутылки – подойдет?

– Подойдет. Стакан или чашку, – сказала Настя. – Только полную. Ольга, ты случайно не куришь?

– Да. Не курю, – ответила Ольга.

Настя надавила ей на плечи и силком усадила на стул. Антонина встала во весь рост и смотрела на нежданную гостью сверху вниз со сложным выражением на лице. В комнате стало очень тесно. Виталик принес вино в чашке с колокольчиками. Ольга горящими от возбуждения глазами взглянула на Настю.

– Пей! – сказала Настя. – У меня оба родителя алкоголики, я знаю, что говорю.

– Да, – согласилась Ольга и выпила вино.

Настя отпустила ее и, скрестив ноги, села на пол. Виталик вполоборота присел к компьютеру. Антонина, похожая на маяк, стоящий посередине комнаты, осознала неуместность своего воздвижения и тоже опустилась на прежнее место – низкую банкетку возле трюмо.

Ольга покачнулась на стуле, зажмурилась и переборола себя, плотно сжав кулаки.

– Кай уехал на Белое море, – сказала Настя.

 – Он оставил мне записку. Про Владимира и остальных я не знаю. Они ничего не сказали."

"– А ты? Ты-то здесь – как? – спросила Антонина. В отличие от Насти Зоннершайн, у нее было нормальное, в полном объеме развитое любопытство.

– Да. Вы хотите знать?

– Ну разумеется! – пожала плечами Антонина. Ольга ей не нравилась. В ней было больше льда, чем в холодильнике, который давно не размораживали. Лед не был чистым и пах пельменями.