Сделав несколько шагов, вдохнув летний воздух, напоенный запахами цветущих лип, она неожиданно для себя подумала, что свободна, что избавилась от негодяя, с которым жила больше года, и что теперь ее жизнь обязательно наладится. От радостных мыслей распрямилась спина, распахнулись глаза, лицо налилось румянцем. «В тридцать четыре года жизнь только начинается, - подумала она. - И мы начнем ее достойно». У нее есть для кого жить - это ее ученики. У нее появится хобби - марки. У нее обязательно будут новые подруги и любимый человек, нужно только в это верить.
Наталья Александрова
Черничный пирог
- Ну вот, половину дороги прошли, - сказала Люся и переложила тяжеленную сумку в другую руку.
- Что у тебя там? - поинтересовалась я, отирая пот со лба.
- Яблоки белый налив, банка с огурцами и домашняя наливка, - ответила Люся, не поворачивая головы.
Она всегда привозила Оле плоды своих дачных трудов. У Оли на даче не росли ни огурцы, ни яблоки, у Оли росли георгины.
- Еще льняная скатерть, вчера купила, - продолжала Люся, - сейчас модно льняное.
Мы ехали к Оле на день рождения, у меня тоже были подарки.
Набор постельного белья, купленный лет десять назад, но совершенно новый, в запечатанном пакете, и еще сливочный ликер, Оля его очень любит.
Дорожка, по которой мы шли от станции, сузилась и превратилась в тропинку, Люся едва не упала, споткнувшись о корень. Зато деревья давали тень.
- Жарко, - вздохнула Люся, - как будто и не август.
Эх, сейчас бы в речке искупаться…
У Оли на даче не было ни речки, ни озера. У Оли был лес. Дом Оли стоял на самом краю поселка, так что лес подходил к самому участку. Выйдешь из калитки - и вот он, настоящий лес.
Знакомая тропинка привела нас прямо к дому. Еще не дойдя, мы услышали голос Оли, и музыку, и сын Оли Максим отвечал ей что-то, и собака Жулька лаяла весело.
- Дошли, - выдохнула Люся, - а то я уж упарилась вся."
"Нас уже ждали, стол был накрыт под сосной, и сидели вокруг гости - все свои.
Сын с невесткой, брат Оли, его жена, мама в инвалидном кресле. Оля увидела нас, всплеснула руками и радостно закричала, где, мол, нас носит, уже все остыло, заждались все нас. Вечно мы, две тетехи, опаздываем.
Все это было обычным, много лет мы приезжали на дачу к Оле, и встречали нас всегда такими же словами. И собака Жулька так же прыгала вокруг и пыталась положить лапы нам на плечи.
Появился Герман, второй муж Оли.
