Детектив под Новый год

Тем более что навела о Полине справки и выяснила: действительно, за той не случилось никаких особых заслуг. Прежде служила эккаунтом в паре никому не известных рекламных агентств. Ни из какого особого кризиса их не выводила. И чем обольстила зубра Маккагена – решительно непонятно. То ли технологиями НЛП, то ли просто отдалась. А шеф ее теперь спасительницей мира представляет.

Однако перед тем как уволиться, Татьяна решила посоветоваться с отчимом, любимым толстяком Валерием Петровичем.

Таня выложила ему все, вплоть до того, что пожаловалась: «Полина с собой даже секретаршу привела.

Такую же, как она, унылую особу».

У самой Татьяны личной секретарши не было, и, значит, по всем статьям выходило, что у выскочки Вершининой статус выше.

Однако отчим ее гнева не разделил. Подумал, пожевал губами, подымил вонючим «Опалом». А потом вдруг и выдал:

– Будешь злиться, конечно, Танюшка… но твой шеф прав.

– Что?! – опешила девушка.

– Ты действительно, порох, огонь. Тебе ограничитель скорости нужен.

Вдруг эта Полина как раз им и окажется? Попробуй, может, действительно сработаетесь? К тому же, говоришь, тебе и зарплату прибавили. Подумай сама: если б не ценили, деньжат бы не подкинули…

И Татьяна смирилась.

Первое время Полина раздражала ее ужасно. Всем. И своим вечно идеальным, отутюженным видом – даже после многих переговоров, в конце рабочего дня. И ногти у нее никогда не ломались, и лак с них не слезал. И голос вечно беспечный, нежный – такое впечатление, будто она живет в собственном тихом особняке, а не в жесткой столице.

Да и вообще вся такая правильная, аж скулы сводит. Никогда ни единого жаргонного словечка. Не пьет, не курит. Успешный муж, построенная по ипотеке квартира, талантливый сын – Полина как-то сообщила, что ребенку всего шесть лет, а он уже свободно по-английски разговаривает…

Но в творческую кухню Вершинина, как и обещала, особенно не лезла. На мозговых штурмах, что проводила Танина группа, сидела тихонько, только наблюдала, прислушивалась.

И если что-то подсказывала Садовниковой, делала это корректно. Всегда с глазу на глаз, в самой мягкой, чуть не просительной форме. Хоть и обидно было признавать, но иногда ее советы имели смысл. Например, однажды Полина сказала:

– Таня, вы слишком хороши, и в этом ваша проблема.

И, взмахом руки отметая все возможные возражения, продолжила:

– Ваша реклама – она красивая, правильная, смелая… Она гениальная. А нашему народу нужно что попроще.