– Все это весьма познавательно и интересно, однако не могли бы вы перейти к делу?
– Я вам рассказываю все это, – поморщился «нотариус», – чтобы вы поняли, что сегодня поставлено на карту. И, будучи человеком неглупым, к тому же офицером, вы должно быть сами уже догадались о причинах абсолютной секретности расследования. Каждому британцу, который хоть немного интересуется проблемами колоний, известно, что мы враждебно настроены по отношению к Канджутскому ханству. И потому общественное мнение неоднозначно воспримет сообщение о гибели наследника тамошнего престола, генерала Алаяр-хана, или принца Алаяр-хана, если так вам больше нравится.
Это может привести к грандиозному скандалу в Парламенте и даже к правительственному кризису!
Неделю назад этот предводитель разбойничьих банд прибыл в Лондон на переговоры. Чтобы не привлекать лишнего внимания, ему была предоставлена резиденция Оукбридж неподалеку от столицы. Предварительные консультации только начались и продвигаются крайне медленно из-за мерзкого нрава его генерала, пожелавшего всласть отдохнуть за счет британской казны.
Но сегодня за полночь он был найден мертвым там, в имении. Одиннадцать его наложниц подняли такой вой, что разбудили привратника. Тот сообщил в Форин-офис. Слава богу, не в Скотланд-ярд!
– Причина смерти? – Стивен Шейли-Хоупс напрягся, как борзая, взявшая след.
– У него проломлен затылок.
– Вот как? Интересно. Найдено ли орудие убийства?
– Да. Оно находится там, на месте. Это мраморная колонна.
– То есть кто-то ударил Алаяр-хана головой о колонну?
– Возможно, но следы крови находятся на высоте шести с лишним футов. Словно некий гигант поднял мужчину внушительного сложения и хорошенько приложил его затылком об камень.
– Очень интересно. Насколько я понимаю, свидетелей нет?
– Напротив. Почти целая дюжина свидетелей, вернее, свидетельниц.
– Но они испуганы и молчат?
– Вовсе нет, они лопочут без остановки, как сороки.
– Что же они рассказывают? Видели убийцу?
– Почем мне знать?! Я не владею сорочьим наречием.
Эти одиннадцать прелестных, конечно по восточным меркам, гурий, что-то твердят, не умолкая, однако никто из наших специалистов по хинди не может понять ни слова из той околесицы, что они несут."
"– Если мне будет позволено, саиб, – тихо проговорил Раджив. – в Канджуте говорят на языке бурушаски. Нм владеют всего несколько тысяч человек, которые живут в самом ханстве и на севере Кашмира. Этот язык ни на что не похож.
