Несколько месяцев тому назад единственная дочь Чуркова стала жертвой страшного преступления — группового изнасилования, после чего решила свести счеты с жизнью. Тимофей Михайлович не спускал никому и самых мелочных обид, а тут — такое несчастье! Он наверняка приложил все усилия к тому, чтобы наказать ублюдков, надругавшихся над его дочерью. Добиваться справедливости законными методами — вряд ли это его стиль. Ум у Михалыча изобретательный, опыт в мстительных предприятиях какой-никакой есть. А как у него обстоят дела на этом поприще с финансовой стороны? Скорее всего, не очень хорошо.
Мне припомнилась еще одна его фраза, брошенная в ответ на мой дежурный ответ: «Я тут волчком кручусь, а у них все нормально!» Ясное дело, месть — занятие хлопотное, да и затратное. А тут еще осиротевший племянник приехал погостить… Стоп! Он не сам приехал, его как раз таки позвал Тимофей Михайлович, и наверняка — с определенным умыслом… Какая выгода ему от того, что Вован породнится с нами? Конечно же, материальная! Дед явно готов все для своего новоявленного внучка сделать.
Я не удивлюсь, если он уже успел субсидировать ему некую сумму на карманные расходы. Уж кому-кому, а мне было очень хорошо известно, насколько простирается щедрость Аришиной души!
— Скажи, а что с теми насильниками стало? На них завели уголовное дело? — поинтересовалась я.
— Что? — встрепенулся Вольдемар, которого я оторвала от каких-то размышлений. Я повторила вопрос. — Не завели. Наташа не писала заявление, ей не до того было, а родители и не настаивали.
Сама понимаешь, никому не хочется, чтобы посторонние люди копались в этом грязном белье. Да и без толку все это! Как выяснилось, все трое — сынки ваших чиновников. Они наверняка откупятся.
— То есть Тимофей Михайлович решил спустить все на тормозах? — провокационно осведомилась я.
— А тебе-то что?
— Просто я — за справедливость!
— Ну да, ну да, я так и понял, — саркастически усмехнулся Пашутин.
— Помнишь, ты меня спрашивал, был ли наказан убийца моего отца? — спросила я.
— Нашего с тобой отца, — поправил меня Вован, но я проглотила его замечание.
— Так вот, он был наказан не сразу, а через четырнадцать лет.
— Ни фига себе! Как же такое получилось?
— В городе объявилась мисс Робин Гуд, которая карает тех, кого нельзя достать законным путем. Я узнала о ней, нашла выход на нее и сделала заказ. — Я решила ответить откровенностью за откровенность, правда, немножечко все-таки слукавила, умолчав о том, что я и есть та самая мисс Робин Гуд.
