— Если учесть, что сначала полицейские машину перфиловского сынка осматривали, а потом увезли ее отсюда, похоже, на штрафстоянку, то напрашивается вывод: Никита кого-то сбил!
— Ну и дела! Родители из-за границы вернутся, а тут такое несчастье…
— Петровна, не причитай! Никита давно нарывался. Сколько раз ему говорили, чтобы он не гонял по двору на полной скорости! Здесь же не загородная трасса! Тут дети гуляют. А он как вывернет из-за угла, только успевай отскакивать!
— Правда-правда, я сама сколько раз такую картину наблюдала…
— Вы как хотите, а мне все равно его родителей жалко.
Они такие люди хорошие! Я вот к Александру Фомичу в прошлом году обращалась с просьбой, — вспомнила Петровна, — так он меня выслушал и помог.
— Это перед выборами, наверное, было? — предположила женщина, с виду — самая молодая из местных жительниц.
— Ну и что?
— А то! Перед выборами все перед народом пляшут. Вы, Клавдия Петровна, сейчас к Перфилову на улице попробуйте подойдите, так он с вами даже разговаривать не станет.
Я слышала, он деньги, которые район выделил на строительство квартир для сирот, на пару с Телегиным прикарманил!
— Если бы прикарманил, его бы тоже судили, а не отправили за границу обмениваться опытом, — попытался защитить Перфилова-старшего Борисыч.
— Как же — отправили! — усмехнулась женщина. — Он сам поехал в Чехию, пивка попить, причем на наши денежки.
— Так, среди нас посторонние.
— Борисыч кивнул на нас с Алинкой. — Барышни, вы кто ж такие будете?
— Мы квартиру в этом районе снять хотим, — тут же нашлась я. — Не подскажете, может, сдает кто?
— Моя соседка сдавала, так она уже нашла квартирантов, семейную пару. А больше вроде никто и не сдает, — ответила Лексевна.
— Ладно, мы тогда пойдем, поспрашиваем насчет жилья в другом месте. — Я взяла Алину за руку и повела ее в соседний двор.
— Да, Поля, твои ночные забавы, оказывается, принесли хоть какие-то плоды, — произнесла Нечаева с непонятным мне сарказмом.
— Но вот если бы ты еще номерок телефона у мусорщика взя…
— Молчи! — осадила я Нечаеву, увидев идущего нам навстречу Чуркова. — Больше ни слова!
— Это еще почему?
— Тише, перед нами клиент, — процедила я сквозь зубы.
— Ну, ты мне и удружила, родственница! — Тимофей Михайлович с ходу бросил мне упрек вместо приветствия.
