Дети белой крови

Сейчас ее инстинкты били тревогу: к ним приближалось что-то могущественное и озлобленное.

Ирветт тоже почувствовала это, она быстро поднялась на ноги, растерянно оглядываясь по сторонам. И она, и Сарджана пытались понять, откуда придет беда – ведь берег оставался пустынным, кроме них здесь никого не было. А потом прямо над ними появилась тень, и обе женщины одновременно подняли головы вверх…

Львиное тело, странно, противоестественно, но при этом с необъяснимой гармонией переходящее в человеческое – четыре лапы и туловище от дикой кошки, грудь и плечи от человеческой женщины.

Царственные орлиные крылья. Взлохмаченная грива черных волос. Искаженное яростью лицо с безумными глазами – которые теперь смотрели на них.

– Это что… сфинкс? – пораженно прошептала Сарджана.

– Определенно, – отозвалась Ирветт Мар. – Похоже, у нас проблемы.

Нелюдям не было запрещено перевоплощаться в Слоновьей Башне – но никто никогда этого не делал. В кластерном мире, предназначенном для особо важных переговоров, все старались действовать деликатно и осторожно, а в такое время, как сейчас, – тем более.

Однако сфинкс, паривший над ними, не просто принял свой истинный облик, энергия этого существа пульсировала пылающей, как лесной пожар, яростью.

Чудовищная кошка приземлилась на камни перед ними, отрезая им путь к Слоновьей Башне. Они стояли над крутым каменным склоном, за спиной у них шумело море, перед ними рычал прижавшийся к земле хищник. Зрачки сфинкса сузились, когти были выпущены, хвост раздраженно хлестал по камням.

Это была охотящаяся кошка перед крысами, а не представительница делегации, готовая к переговорам.

Сфинксов в этом мире было всего двое, и раз перед ними оказалась женщина, значит, это…

– Нубия, – мягко произнесла Ирветт Мар. – Что происходит?

Она была напугана не меньше, чем Сарджана. Пожилая сирена боялась даже шелохнуться, чтобы не спровоцировать разъяренного сфинкса. Она прекрасно понимала, что хищница настолько быстра, что Ирветт даже в море нырнуть не успеет.

Бессмыслица какая-то! Сарджана не раз встречалась с Нубией – тихой и немного застенчивой ассистенткой Менефера. Она была очень молода для представительницы своего вида, поэтому у нее не было реальной власти на переговорах. Но она держалась с удивительным достоинством, в ней не было и намека на то безумие, которым она пылала сейчас. Казалось, что кто-то вырвал из этого могущественного тела ее настоящую душу – и заменил ее чем-то совершенно иным.