Дети белой крови

Ее раны уже зажили, но она не простила Тулинакве свою боль. Ее дыхание ледяной волной устремилось к Созидающей, готовое уничтожить любую жизнь, что попадется на его пути. Однако первым путь ему преградило не живое существо, а алое пламя: оно поглотило ледяной ветер и мгновенно утихло.

Эвридике не нужно было гадать, кто это сделал, она мгновенно узнала магию ямаубы – ведьмы ёкай. И точно, Шиори-сама, только-только завершившая заклинание, как раз улыбнулась ледяной птице. Она, похоже, привыкла улыбаться в бою, и это было хуже открытой злобы, намного хуже.

В ее улыбке скрывалось нечто такое, от чего даже у Эвридики стыла кровь, и колдунья тихо радовалась, что не ей предстоит противостоять ямаубе.

Эрешкигаль злилась, но об отступлении даже не думала. Впрочем, она понимала, что в этом зале у нее нет шансов. Она рванулась в сторону, заморозила одну из стен и ударилась об лед с такой силой, что содрогнулась вся башня. Преграда была пробита, и ледяная птица полетела прочь, к серому небу кластерного мира.

– Все порталы заблокированы, – сообщила им Башня. – Но удержание внутри стен невозможно. Часть здания разрушена, эффект равносилен взрыву.

– Что с узниками? – забеспокоился магистр Жервайс. – Мой человек не должен пострадать!

– Клетки повреждены, но я не чувствую крови и боли. Брат Неот и Хранитель Мудрости Менефер свободны.

Сомневаться в ее словах не пришлось: скоро оба недавних заключенных присоединились к ним. Неот, заметив кровь на одежде магистра, мгновенно бросился к нему, Менефер подошел к Тулинакве, уже вернувшей себе человеческий облик.

Эвридика знала, что им все объяснят, и не стала тратить на это время. Она поспешила к выходу из башни – с острова наблюдать за птицей было удобней. Она знала, что Эрешкигаль не сможет сбежать через внешнюю границу: мир Слоновья Башня был расположен внутри действующего вулкана, слишком большой риск даже для чудовища. Но не факт, что заблокированные порталы ее удержат: Аурика без труда откроет ей дверь.

Так что она останется здесь, только если что-то отвлечет Аурику – или если Эрешкигаль сама не захочет уходить. А она пока не хотела, она все еще надеялась избежать поражения от тех, кого считала низшими созданиями, а значит, и грандиозного позора.

Она сделала круг в небе и приготовилась упасть на Диаманту и Артура, стоявших на камнях, но ей помешали. Сфинкс налетел на нее с одной стороны, грифон, в которого превратилась Тулинакве, – с другой.